Канина схватила его за ногу. Он вскрикнул.
— Не думаю, что это хорошая мысль, — сказала она. — Ринсвинд?
Волшебник мрачно покачал головой и, подняв небольшой камешек, подбросил его над разрушенной стеной. Камешек превратился в маленький голубой чайник, упал на землю и разбился.
— Заклинания вступили в реакцию, — констатировал Ринсвинд. — Могут сотворить всё что угодно.
— Но за этой стеной мы в безопасности? — поинтересовалась Канина.
— Правда? — немного оживился Ринсвинд.
— Это я тебя спрашиваю.
— О-о. Нет. Не думаю. Это обычный камень. Одно точное заклинание и — пуф!
— Пуф?
— Вот именно.
— Может, нам удрать подальше?
— Стоит попробовать.
До следующей уцелевшей стены они добрались за несколько секунд до того, как беспорядочно выстреливающий языками шар жёлтого огня приземлился там, где они только что лежали, и превратил землю в нечто ужасное. Вокруг башни гуляли искрящиеся торнадо.
— Нам нужен план, — заявил Найджел.
— Мы можем снова попробовать убежать, — предложил Ринсвинд.
— Это ничего не решит!
— Это решит большинство проблем, — возразил Ринсвинд.
— И сколько нам придется бежать, чтобы оказаться в безопасности? — спросила Канина.
Ринсвинд рискнул выглянуть из-за стены.
— Интересный философский вопрос, — признался он. — Я проделал долгий путь, но так и не нашел на Диске безопасного места.
Канина вздохнула и посмотрела на высящуюся поблизости кучу мусора. Посмотрела на неё ещё раз. В этой куче было нечто странное, и девушка никак не могла понять, что именно.
— Я мог бы наброситься на них, — неопределенно выразился Найджел и устремил полный томления взгляд на спину Канины.
— Не поможет, — отозвался Ринсвинд. — Против магии нет средств. Кроме более сильной магии. А более сильную магию может победить только ещё более сильная магия. Ты даже ничего поймешь, как…
— Пуф? — догадался Найджел.
— Подобное уже происходило, — сказал Ринсвинд. — Продолжалось многие тысячи лет, пока не…
— Знаешь, что странно в этой груде мусора? — спросила Канина.
Ринсвинд взглянул на указанную кучу. Прищурился.
— Ноги я вижу, а что еще?
На то, чтобы откопать серифа, у них ушло несколько минут. Он сжимал в руках почти пустую винную бутылку и рассеянно моргал. Лица спасителей показались ему знакомыми.
— Могучая, — проговорил он и с некоторым усилием добавил: — Штука, это вино. Мне показалось, будто на меня обрушился весь дворец.
— Так оно и было, — подтвердил Ринсвинд.
— А-а. Вот, значит, в чём дело. — Креозот после нескольких попыток сфокусировал взгляд на Канине и качнулся назад. — Ну и ну. Опять эта юная дама. Очень впечатляюще.
— Слушай… — начал Найджел.
— Твои волосы, — изрёк сериф и медленно качнулся вперёд, — подобны… подобны стаду коз, что пасутся на склонах Гебры.
— Знаешь что…
— Твои груди подобны… подобны, — сериф отклонился вбок и бросил короткий, горестный взгляд на опустевшую бутылку, — подобны покрытым самоцветами дыням в прославленных садах рассвета.
Глаза Канины расширились.
— Правда?
— Никаких сомнений, — ответил сериф. — Покрытые самоцветами дыни я ни с чем не спутаю. Словно белые косули на заливных лугах твои бедра, которые…
— Э-э, прошу прощения… — вмешался Найджел, с заранее обдуманным злым умыслом прочищая горло.
Креозот качнулся в его сторону.
— Гм-м?
— Там, откуда я родом, — с каменным выражением лица процедил Найджел, — мы так с дамами не разговариваем.
И шагнул вперед, закрывая Канину своим телом. Девушка вздохнула. «Что правда, то правда», — подумала она.
— Таким образом, — продолжал он, как можно дальше выдвигая вперёд подбородок, который всё равно остался похожим на ямку, — у меня возникло сильное желание…
— Обсудить один вопрос, — поспешно перебил его Ринсвинд. — Э-э, господин, сир, нам нужно выбраться отсюда. Ты, случаем, не знаешь дорогу?
— Понимаете ли, — отозвался сериф, — в этом дворце тысячи комнат. Я не выходил отсюда много лет. — Он икнул. — Десятилетий. Япох. Вообще никогда не выходил. — Его глаза остекленели, отражая начавшийся процесс творчества. — Птице Времени нужно немного, гм, пройти, и всё! Эта птица уже на ногах…
— Срочно нужна индея… — пробормотал Ринсвинд.
Креозот качнулся к нему.
— Понимаешь, всем правит Абрим. Ужасно тяжёлая работа.
— В данный момент, — заметил Ринсвинд, — он с ней явно не справляется.
— А нам бы, в общем-то, хотелось выбраться отсюда, — вставила Канина, которая никак не могла забыть слова серифа насчёт коз.
— У меня есть одна индея… — сказал Найджел, свирепо глядя на Ринсвинда.
Креозот похлопал юношу по руке и ласково заметил:
— Это очень мило. У каждого человека должно быть домашнее животное.
— А ты не в курсе, принадлежат ли тебе какие-нибудь конюшни или что-нибудь в том же роде?… — намекнул Ринсвинд.
— Сотни, — откликнулся Креозот. — Мне принадлежат одни из лучших, самых… лучших лошадей в мире. — Он нахмурился. — Во всяком случае, так мне сообщали.
— Но где они расположены, ты, скорее всего, не знаешь?
— По правде говоря, нет, — признал сериф.
Случайная струйка магии превратила ближайшую к ним стену в меренги, начинённые мышьяком.
— Похоже, нам лучше было оставаться в змеиной яме, — отворачиваясь, заметил Ринсвинд.
