В мультикультурное поле утопий
Всех нас сегодня зачем-то торопят –
Что же хорошего это сулит?
Детки элиты живут не у нас,
Там одного из них сделали лордом…
Идеологию выбросив гордо,
Мы по числу олигархов рекорды
Ставим на фоне беднеющих масс.
Нет ни идеи, ни цели вдали:
«Правильный путь», – говорит аналитик;
Крошкой нас сыплют под ноги элите…
Люди! Постойте, вокруг поглядите
И оцените, к чему мы пришли.
Двадцать первый идёт к нам год,
И дитя он, и тёзка века;
Может, цепь наших бед прервёт,
Став в пути поворотной вехой.
Может, всё-таки даст врачам
Передышку в жестокой битве,
И попробуем мы начать
Жить и мыслить в мажорном ритме.
Только б он не усилил мрак
Пандемических смертных страхов,
Оголтелость гражданских драк,
Антивирусных мер размаха.
Все мы ждём от него добра,
Зло приходит всегда незвано,
А как будто ещё вчера
Был двадцатый для нас желанным…
Январских дней пошёл отсчёт,
Привычно вверх взлетели цены,
Законно неприкосновенны
Все власти наши… Что ещё?
Нас убеждают, что сильней
За годы мудрого правленья
Россия стала, уваженье
Соседей возрастает к ней,
Достойно в ней живёт народ,
И с каждым годом он богаче…
А тем, кто скажет: «Всё иначе!» –
Дадут законный укорот.
Из магазина выхожу –
Так ярки жизни краски!
С ушей снимаю, как лапшу,
Верёвочки от маски.
Свободно воздухом дышу,
Гуляю без опаски,
Но мчится жизнь по виражу
В сюжет известной сказки;
Мы шли упорно много лет
На свет в конце тоннеля –
От пандемии нам привет:
Печь, удалёнка, интернет…
Неужто в самом деле
Сбылась мечта Емели?
«Не загадывай – не сбудется»;
Загадала – не сбылось.
За окошком – может, чудится? –
Ночь, двугорбая верблюдица,
Снегом плюнула в стекло.
Все мы, в принципе, послушные,
Просто беды достают;
Не буяны, не кликуши мы,
Днём мы носим маски душные,
Ночью грезится верблюд.
Ночная снежная метель
Накрыла полусонный город,
Да он и сам зимы хотел,
И беспрерывно снег летел,
А утром мучились в заторах
Все, кто на собственном авто
Решил доехать до работы;
Вот пострадали ни за что:
С утра попасть в людской поток
В метро им было неохота.
Мы доберёмся как-нибудь
Все до своей заветной цели:
Когда желанным будет путь,
Нас не заставят повернуть
Назад ни пробки, ни метели.
Газон – в сугробах, на дороге – лужи;
Уже к концу приблизился январь;
Он лил дожди, он сыпал снег и вьюжил,
Но не пугал морозами, как встарь.
Он был хорош и в частностях, и в целом,
Хоть пандемия к нам была строга;
Январь прощаться с нами будет в белом –
Несут циклоны новые снега.
Сквозь фильтры поредевших туч
желанный солнца взгляд;
с реки морозный ветер жгуч,
но сильный снегопад
на третий день уже иссяк –
лишь лёгонький снежок;
в завалах труден каждый шаг,
зато хорош прыжок
моей собаки в снег, в сугроб,
а ребятня в снегу
весёлый провела флешмоб…
Жаль, я так не могу.
Снегами нас засыпали метели,
включив эффект барической пилы,
создав температурные качели,
и стали ослепительно белы
покровы в блеске солнечного света,
когда за двадцать выдался мороз;
казалось, что из прошлого приветы
февраль вдруг разыгравшийся принёс.
Но долгий путь зима не завершила,
циклоны снова проявили прыть:
под снегом всё – скамейки и машины;
и до весны нам плыть ещё и плыть…
Март смешал со снегом дождь –
ничего хорошего:
снова к скверику идёшь
мокрыми дорожками.
Снег слежался, потемнел,
отдан на заклание –
у природы передел
важных сфер влияния.
Нереально обойти
все ручьи и лужицы,
а снежинки на пути
у весны всё кружатся…
Снежку подсыпало с утра –
Такие новости;
Светлее стало во дворах…
Сказать по совести,
Давно уж хочется тепла
И солнца летнего;
Зима долги нам отдала –
Все, до последнего.
Над весенней Москвой ночь бесшумно парит,
В закоулочках – темень густая;
Возле школ золотисто горят фонари,
Снег ещё до конца не растаял.
Люди спят: большинству на работу с утра,
Детям – в школу, а маленьким – в садик;
Отдохнуть позволяет ночная пора
Утомлённым заботами за день.
Всех бессонных ночей мне сегодня не счесть,
В этой – нет драматической ноты;
А в преклонных годах преимущества есть:
Не идти мне с утра на работу.
Фото «Вид из окна». Вид бесхитростно прост,
Для меня – ожидаемо дорог.
Тёплым светом огней, лёгким проблеском звёзд
Неуснувших приветствует город.
Где-то там, за снегами, за белыми,
За чертой горизонтов и лет,
От всего, что сегодня мы сделали,
Неизбежно останется след.
Он останется в вечном хранилище
Под закладкой добра или зла;
Может, что-то доделаем мы ещё,
Но в былое вернуться нельзя.
Не исправить раскаяньем прошлого,
Лишь добро генерирует свет:
Сохранится немало хорошего
За чертой горизонтов и лет.
В движенье двадцать первый век –
вот год двадцатый.
Мы поднимаемся наверх
по круглым датам.
«Ничто на месте не стоит.
Всему основа –
огонь», – сказал так Гераклит.
