Молодую рощу шумную –Дровосек перерубил.То, что Господом задумано –Человек перерешил.И уж роща не колышется –Только пни, покрыты ржой.В голосах родных мне слышитсяТемный голос твой чужой.Все мерещатся мне дивныеТемных глаз твоих круги.– Мы с тобою – неразрывные,Неразрывные враги.<p>«С головою на блещущем блюде…»</p>С головою на блещущем блюдеКто-то вышел. Не я ли сама?На груди у меня – мертвой грудою –Целый город, сошедший с ума!А глаза у него – как у рыбы:Стекленеют, глядят в небосклон,А над городом – мертвою глыбой –Сладострастье, вечерний звон.<p>«Собрались, льстецы и щеголи…»</p>Собрались, льстецы и щеголи,Мы не страсти праздник праздновать.Страсть – то с голоду, да с холоду, –Распашная, безобразная.Окаянствует и пьянствует,Рвет Писание на части…– Ах, гондолой венецьянскоюПодплывает сладострастье!Роза опытных садовниковЗа оградою церковною,Райское вино любовников –Сладострастье, роза кровная!Лейся, влага вдохновенная,Вожделенное токайское –За нетленное – блаженноеСладострастье, роскошь райскую!<p>«Нет! еще любовный голод…»</p>Нет! Еще любовный голодНе раздвинул этих уст.Нежен – оттого что молод,Нежен – оттого что пуст.Но увы! На этот детскийРот – Шираза лепестки! –Все людское людоедствоТочит зверские клыки.<p>Иосиф</p>Царедворец ушел во дворец.Раб согнулся над коркою черствой.Изломала – от скуки – ларецМолодая жена царедворца.Голубям раскусила зоба,Исщипала служанку – от скуки,И теперь молодого рабаПритянула за смуглые руки.– Отчего твои очи грустны?В погребах наших – царские вина!– Бедный юноша – я, вижу сны!И служу своему господину.– Позабавь же свою госпожу!Солнце жжет, господин наш – далеко.– Я тому господину служу,Чье не дремлет огромное око.Длинный лай дозирающих псов,Дуновение рощи миндальной.Рокот спорящих голосовВ царедворческой опочивальне.– Я сберег господину – казну.– Раб! Казна и жена – не едино.– Ты алмаз у него. Как дерзну –На алмаз своего господина?!Спор Иосифа! Перед тобой –Что – Иакова единоборство!И глотает – с улыбкою – войМолодая жена царедворца.<p>«Только в очи мы взглянули – без остатка…»</p>Только в очи мы взглянули – без остатка,Только голос наш до вопля вознесен –Как на горло нам – железная перчаткаОпускается – по имени – закон.Слезы в очи загоняет, воды –В берега, проклятие – в уста.И стремит железная свободаВольнодумца с нового моста.И на грудь, где наши рокоты и стоны,Опускается железное крыло.Только в обруче огромного законаМне просторно – мне спокойно – мне светло.<p>«Мое последнее величье…»</p>
