Стоян Даскалов — крупнейший представитель социалистического реализма в современной болгарской литературе. Его рассказы, повести и романы раскрывают жизнь болгарского народа и его быт во всем их многообразии. В них изобилуют сильные образы и яркие, многогранные характеры, неповторимые человеческие судьбы. Писатель затрагивает жгучие проблемы современности, острые конфликты, указывает пути их разрешения. В произведениях Даскалова нет и в помине литературщины и книжности, чуждых влияний и манерности. В них чувствуется дыхание родной земли, в них все от народа и для народа.
Роман «Цветины луга» — не только одно из лучших произведений в творчестве писателя-реалиста, но и в современной болгарской литературе вообще. Книга захватывает с первых же страниц интересной темой, увлекательным сюжетом, силой художественного изображения. Автор повествует о больших изменениях, наступивших в жизни болгарского села в результате индустриализации, переплетая романтику сельской жизни с эпическими событиями, связанными с социалистическими преобразованиями в стране. Увлекательно и поэтично он рассказывает о том, как старый быт уступает место новому, как меняются человеческие отношения, меняются люди. Художественные описания чередуются с интереснейшими бытовыми подробностями и конфликтами. Образно и волнующе, искренне и просто рассказывает автор о судьбе Цветиных лугов, которые служат фоном для повествования, полного жизненной правды и веры в правое дело партии.
Перед читателем оживают интересные, земные, правдивые человеческие характеры. Особенно запоминается образ Игны — женщины непосредственной, сильной, глубоко и болезненно переживающей все трудности и невзгоды, выпавшие на долю ее родного села — один из самых привлекательных и рельефных в романе.
Формирование рабочего класса в условиях социалистического преобразования страны — одно из характерных явлений нашей действительности. Оно также нашло отражение в романе.
По роману был снят волнующий фильм.
За исключительные заслуги в области литературного творчества и плодотворную общественную деятельность Стоян Даскалов был удостоен высокого звания Народного деятеля культуры. Он — лауреат Димитровской премии.
На Цветины луга, где дольше всего в году зеленела трава, как только свезли последние копны сена, наехали рабочие, словно налетели вдруг запоздалые аисты…
То, о чем передавали из уст в уста, оказалось правдой. То, чего так страшились крестьяне, стало явью. Под строительство завода отчуждали пятьдесят гектаров лучшей земли.
В понедельник утром объездчик бай Дафин с помертвевшим лицом влетел в правление кооперативного хозяйства, сдернул с плеча ружье и, глядя на председателя округлившимися от страха глазами, одним духом выпалил:
— Кончено! Плакала Тутина груша! — и сильно закашлялся.
Председатель, по прозвищу Туча, вскочил, как ужаленный, и набросился на Дафина, словно тот был во всем виноват.
— Как? Мы же обжаловали! Все село подписалось!
— Роют!
— Мошенники! Не послушали народа! — разразился громом-молниями Туча, потемнел и, не сказав ни слова, вышел, а за ним ринулись все, кто был в правлении. Люди, увидев, что бай Дафин повернул ключ в дверях правления и заковылял со своим ружьем за Тучей, со всех сторон устремились следом.
— Куда это подался Туча? — дивились орешчане. Белые облачка, словно лебедята, усеявшие небо, расплылись, застлали председателю глаза. За ним длинной вереницей потянулись женщины, мужчины, стар и мал. Это шествие походило на нить разматывающегося клубка шерсти, который сматывался годами, соединив накрепко судьбы людей.
Если молодому становится радостно от одной девичьей улыбки, то улыбкой для всего села были Цветины луга. Когда весной птицам надо было найти укромное местечко для гнезда, они находили его на Цветиных лугах. Если матерям нужно было искать своих детей после школы, они шли на Цветины луга. И коль даже иногда мужчины не приходили домой ночевать, их жены знали, что ночуют они на Цветиных лугах и нигде больше.
Какие чары таили в себе эти луга, что притягивали, точно магнитом, и молодых, и старых?
Цветиными лугами назывались не только большие заливные луга у излучины реки, но и вся местность с огородами, садами и зарослями кустарника от Могилы до Челебийского леса, та широкая долина между двух холмов, где серебряной лентой вьется река Выртешница, которую по праву следовало бы назвать Цветочницей, потому что вода в ней всегда усеяна цветами: вербы, растущие у ее берегов, посыпают ее золотистыми сережками, вязы роняют желтую чешую, которая опускается на зеркальную гладь воды, словно стаи бабочек, а протекая мимо садов, она вся розовеет от персикового и айвового цвета. И даже зимой деревья усыпают ее серебристым инеем.
