Ещё сиявшая на устах мечтательная улыбка сползла с лица друга, но он не поддался нападкам Кинни.
- А тебе-то что? Почему ты вообще не сказал мне, что принял Джастина на работу? Что вообще виделся с ним? Ты вчера у меня весь вечер просидел и ни слова!
- А что тут такого? – сразу пошёл на попятную Брайан. – Я тебе о каждом своём дизайнере должен докладывать?
- Джастин – не просто дизайнер, – Майкл подошёл ближе, упрекающе заглянул в глаза. – Джастин – это Джастин. Брайан, блять, да что с тобой? Почему ты себя так, блять, ведёшь?
- Как, нахуй, я себя веду?! – вспылил Кинни, отвернулся, понимая, что раскрыт, снова принялся за бумажки.
- Как последнее дерьмо ты себя ведёшь, вот как кто! – Новотны не дал ему закрыться от себя, обошёл вокруг, чтобы снова видеть лицо. – Мы все соскучились по Джастину и имеем право хотя бы знать, что он объявился.
- Идите-ка вы на хуй.
Майкл открыл рот, с каждой секундой всё глубже понимая истину, читая её с лица одноклассника:
- Ты просто не хотел, чтобы мы узнали, что он женат! Из-за этого!
- Я, блять, сам тебе только что это сказал! – всплеснув рукой, возмутился Кинни.
- Да ты до сих пор влюблён в Джастина, Брайан! – не слыша его, воскликнул Майкл, всё больше прозревая.
- Иди ты, ни в кого я, нахуй, не влюблён! Говори лучше, зачём пришёл, и проваливай.
Новотны опешил, закрыл рот, возвращаясь к реальности, в которой его друг Брайан Кинни никому ничего не должен, тем более давать отчёт в своих действиях и мыслях. Он всегда был таким. Чёрт, всегда! Даже, когда ему плохо. Особенно, когда ему плохо.
- Ладно, Брайан, - Майкл опомнился, заморгал, опуская взгляд, - не моё это дело. Приходи завтра, ты обещал…
- Уже не знаю.
- Приходи. И вот ещё, ты у меня свой браслет забыл.
Майкл виновато вытащил из кармана пресловутый браслет из ракушек, положил на сложенную Брайаном ровную стопку документов.
- А, так он у тебя был? – спросил Кинни, забирая свою вещь, начав перебирать звенья в пальцах подобно чёткам. Браслет он не носил на запястье, но таскал повсюду с собой, как талисман, а вчера у Майкла они так упились и нанюхались какой-то дряни…
- Да. Ладно, я пойду. До завтра.
Майкл ушёл, так и не присев. Брайан смотрел ему вслед и думал, что жизнь стремительно летит в тартарары и ее надо либо притормозить, либо пнуть посильнее, чтоб всё быстрей закончилось – так дальше существовать невыносимо. Знакомиться с урождённым мистером Картером, наблюдать, как он обнимает и целует лишь волей случая доставшееся ему чужое Солнышко, как все смотрят на воркующую парочку и умиляются, бросая сочувствующие взгляды на выброшенного на обочину Кинни… Брайана выворачивало от этих мыслей. Придётся Майки обойтись без одного скучного гостя.
***
Дом – крепость и убежище от всех невзгод – показался сейчас сырым, холодным и неуютным. Джастин тяжело опустился на топчан в прихожей, закинул ногу за ногу, принялся стаскивать туфлю. Но взявшись за неё, остановился. Тоска. Унылая тоска.
Брендон тотчас выглянул из гостиной.
- О, Джас, это ты? Как первый день прошёл? Может, сходим куда-нибудь, отметим?
Джастин поднял голову к нему, приветливо улыбнулся. То есть, хотел приветливо, а вышло всё равно натянуто. Проклятая вечеринка, о которой он думал всю дорогу домой! Проклятый Брайан Кинни, из-за которого возвращение домой стало равносильно наказанию!
Только Брендон не виноват, он в этих обстоятельствах тоже пострадавшая сторона.
- О, пожалуйста, давай просто поужинаем дома? Я так, блять, вымотался.
Блондин быстро снял туфли, подошел к мужу, обнял его за шею, ласкаясь. Отдохнёт, перекусит, посмотрит фильм в объятиях Брендона, займётся с ним любовью и отойдёт от переживаний. Иначе и быть не может.
- Для тебя – всё, что угодно, котёнок, - Картер запустил пальцы в его волосы, улыбнулся и нежно поцеловал. Джастин отдался ему, прижимаясь, чувствовал, что оттаивает, и их семейное счастье возвращается в сердце на своё законное место и его уже ничто не может поколебать, никакие призраки прошлого.
- Закажем пиццу? – спросил он.
- Пиццу? Отлично! Уже иду звонить.
Брендон нарочито бодро улыбнулся, подмигнул и ушёл к радиотелефону. Джастин с благодарностью посмотрел ему вслед. Пицца у них являлась своеобразным паролем для исправления грустного настроения путём романтического вечера. Только вдвоём, только веселье, а все вопросы будут потом – в их семье тоже есть традиции. Эмоциональный взрыв – это временно. Всё наладится.
Джастин отправился переодеваться и принимать душ.
Пиццу из ресторана за углом доставили, не успел он еще подсушить волосы полотенцем. Брендон уже открыл вино, подготовил бокалы, принёс на журнальный столик перед плазменной панелью фрукты и бисквитные печенья, нашёл на каком-то канале четвёртых «Пиратов Карибского моря». Джастин с удовольствием плюхнулся на диван под бок мужу, взял густо усеянный расплавленным сыром треугольник, отправил в рот.
- Ммм, вкуснота.
- Ага, - подхватил Брендон и, притянув к себе за плечи, слизнул с его губ осыпавшиеся крошки. – Мм, правда, вкуснота. Давно надо было тебя на работу выпроводить.
