Цветочки, ягодки и пр. полностью

Александр Павлович. По-твоему — это несущественно? Тебе будет все равно, если твоего отца отстранят от работы?..

Зоя. Папочка, что ты говоришь?! Но за что? Почему?

Александр Павлович. Меня очень подвели. Один из моих ассистентов ввел меня в заблуждение… В общем, специальная комиссия установила никчемность нашей работы… Мой проект… Мне трудно говорить, Зоечка, но у них есть основания подозревать меня… даже в недобросовестности. А ведь сегодня тепловые станции особенно важны. Их экономичность решает…

Зоя (перебивает). Папочка, но тебя знают столько лет. Неужели они могут поверить…

Александр Павлович. Нет, дочка, не они, а я должен… на мне лежит обязанность доказать, что я ошибался добросовестно. А на это надо время. И здоровье, силы… Так что, я думаю, в ближайшее время наша с тобой жизнь сильно изменится.

Зоя. Ну ничего, папка! Переживем! Будем жить все втроем скромно, тихо… А потом ты докажешь…

Александр Павлович. Ты, кажется, сказала «втроем»?

Зоя (смущенно). Тебе показалось… Что ты!

Александр Павлович. Прости меня, дорогая, за то, что принес тебе такое огорчение… А сейчас я пойду…

Зоя. Куда же?

Александр Павлович. Меня вызывают на комиссию, как раз по всем этим делам… Не скучай! (Целует Зою в лоб).

Александр Павлович уходит.

3оя. И надо же, чтобы в такой день!.. Бедный папка… Нет, нет, я не верю! Не может быть, чтобы его всерьез обвинили!..

Звонок за кулисами.

Голос Олега (за сценой). А Зоя Александровна дома?

Зоя. Наконец-то!.. (Спешит навстречу.)

Входит Олег.

Олег. Опоздание — семь минут. Но, кажется, это хорошо: я встретил твоего отца почти у самого подъезда… Конечно, я спрятался, и он меня не заметил. (Обнимает Зою.) Лучше, чтобы сегодня его не было…

Зоя. Мой милый! Как я рада!..

Олег. Вы готовы, мадемуазель, посетить мэрию, дабы в книге записи актов гражданского состояния… (Смотрит на часы.)

Зоя. Ой, Олег! У нас такое горе!

Олег. Разбили любимую чашку?

Зоя. Нет, я не шучу: по всей вероятности, папу уволят с работы.

Олег. Зойка, ты очень коряво придумываешь.

Зоя (сквозь слезы). Если бы я придумывала…

Олег. Нет, серьезно?.. (Сел.) Расскажи толком.

Зоя (села). Отца страшно подвели. И теперь его обвиняют в том, что его проект тепловой станции никуда не годится, что он сознательно дал негодный вариант… (Махнула рукой, прослезилась.)

Олег (присвистнул). Вот это — да!.. А свалить все это дело на кого-нибудь из сотрудников нельзя?

Зоя. Как ты можешь так говорить! Разве ты не знаешь моего отца?! Он не способен оклеветать кого-либо…

Олег. Ну, знаешь, детка, если липа обнаружена… Тут уж нечего особенно выбирать методы…

Зоя. Олег, неужели ты веришь, что мой отец на самом деле был способен сделать что-нибудь такое?! Ведь его подвели — пойми!

Олег. Я-то пойму. Я уже понял. И буду понимать, как надо, всегда. Но вот те товарищи, которые займутся этим делом… (Задумался, стал свистеть.)

Зоя. Олег, о чем ты сейчас думаешь?

Олег. А?.. Прости, деточка, все-таки надо обмозговать такие неприятности… Скажи, а твой старик догадывается о нас… о наших намерениях?

Зоя. По-моему — нет… То есть он знает, что ты мне нравишься… что я тебя люблю и что ты тоже…

Олег. Он не предполагает, что мы идем в загс?

Зоя. Нет. Нет. Я не думаю.

Олег. Важно, чтобы он не думал. (Свистит.)

Зоя. Нет! Иначе он поговорил бы со мной об этом… да и о чем он вообще мог размышлять, когда у него — такое горе! Олег, не свисти, пожалуйста.

Олег (не сразу перестает свистеть). А? Прости, детка. Да. Нет, старик — не дурак.

Зоя. Это ты о ком?

Олег. Я хочу сказать: старик твой имеет голову на плечах. И я убежден: он вынырнет.

Зоя. Олежка, ты никогда еще не разговаривал со мной так… И тем более — про папу…

Олег. Прости, детка… (Поцелуй.) Но я тоже волнуюсь. Я считаю себя членом вашей семьи… Знаешь что? У твоего отца есть настоящий старинный друг?

Зоя. Конечно. Сергей Андреевич Муравский. Он работает с папой в одном институте.

Олег. О!.. Вот позвони-ка сейчас ему: посоветуйся, узнай, насколько велика опасность. Может быть, Александр Павлович преувеличивает — по своей щепетильности…

Зоя. А ты знаешь? Это верно!.. (Берется за телефон.) Сергей Андреевич? Это — Зоя… Да, Заяц… Да, у вашего Зайца — беда… Вы знаете, что случилось с папкой? Знаете? Ну, дорогой мой, дядя Сережа, скажите мне: это — очень серьезно? Да? (Пауза: Зоя слушает собеседника.) Так… Понимаю…

Олег (присвистнул). Да, видать, старик нырнул глубоко… (Задумался, свистит.)