За спиной была вся жизнь, и много всего, но это был первый случай, когда кто-то прямо и внятно дал ему понять, — ты никто, знай своё место…. Из жизни людей, растений и животных.
“Одинокий волк воет, чтобы привлечь внимание своей стаи…” National Geographic
Глава-1 Два коротких письма
Хватит выть, пора делом заняться, — строго сказал себе Арсений Петрович. Было лень, а делать надо, поэтому он выл. «Выть» — это не фигура речи, выл Арсений Петрович в буквальном смысле. Выть он стал уже давно. До этого, всегда, когда ему было плохо, он, взяв стакан в руки, просто молча сострадал самому себе. Но однажды, он случайно увидел в интернете короткий видео ролик, после которого завыл в полный голос. Оценил видео Арсений Петрович не сразу, лишь после того, как сознание стало возвращать ту сценку, опять и опять. Он жалел, что не сохранил видео, но как не искал, больше найти его так, и не смог.
Сидя на диване, два коротко стриженых мальчика не старше трёх лет, и такая же коротко стриженая девочка, смотрели по телевизору мультики. Рядом, двухмесячный щенок Хаски, трепал какую-то плюшевую игрушку. Щенок явно жаждал внимания, но дети были заняты телевизором. В какой-то момент, по ходу мультика, на экране появился нарисованный волк. Он сел и завыл, — у-у-у!.. Видно услышав что-то знакомое, щенок сел в такую же позу, задрал голову и тоже завыл, — у-у-у!.. Он делал это очень убедительно, маленьких Хаски вообще не отличить от волчат. Такое, конечно не осталось без внимания, детские головки повернулись, и все трое уставились на щенка. Заметив это, он затих и посмотрел на детей довольный, что, наконец, удалось произвести впечатление. Он опять задрал голову и снова завыл, — у-у-у!.. Дети, забыв про телевизор, молча смотрели на него. Щенок замолчал, и, склонив голову на бок, стал смотреть на детей. Через секунду, все трое малышей, закинув головки, хором завыли, — у-у-у!.. Четыре живых существа, без единого слова понимали друг друга — поразительная душевная гармония. О боже, куда всё это девается….
Поначалу, видео показалось просто милым и забавным, и уже стало забываться. Но когда с Арсением Петровичем случилась очередная неприятность, он вместо привычного сострадания к самому себе, почему-то вспомнив ту сценку, задрал голову и завыл, — у-у-у…. Так, стало происходить каждый раз, когда случались неприятности. Вытьё помогало пережить их менее болезненно, с иронией и улыбкой в душе.
Неприятностей хватало, но Арсений Петрович умел держать удар. Любые жизненные проблемы, какими тяжёлыми они бы не казались, он воспринимал, как открывающиеся новые возможности, и руководство к действию. Если что-то плохо, то понятно, что нужно исправлять. Терялся он лишь тогда, когда сталкивался с проявлениями людей, которые не мог объяснить. Люди делали плохо ему, но это ладно. А, зачем они делают плохо, самим себе? Иногда, это было слишком очевидно. Он не мог понять, зачем. Попытки разобраться, ни к чему не приводили. Никто ничего не мог объяснить. Сначала он думал, что объяснять не хотят, но потом понял, что не могут, неспособны. Как будто люди не принадлежат самим себе, а ими кто-то управляет. Даже те, взрослые разумные, кто большую часть своей жизни учатся в разных заведениях, читают огромное количество книг, кого трудно заподозрить в глупости или невежестве, не способны ничего объяснить, и договориться друг с другом. Как же малыши, и люди и животные, договариваются без слов? Неужели, «горе, от ума».
— У-у-у….
Хватит выть, нужно заняться делом! На сей раз Арсений Петрович выл не только из-за засохших растений. Он получил по электронной почте два коротких письма, от сына и дочери. Они поздравляли его с 70-летием, почти одинаковым текстом: «Надеюсь, ты хорошо провёл время…». Это звучало двусмысленно. С дочерью он не общался больше шести лет, с сыном больше двух. Они знали, что он живёт один, с их матерью он расстался тоже около двух лет назад. Неужели злорадствуют? Ну что, мол, хорошо тебе без нас? Впрочем, они о нем ничего не знают. Но, всё равно, странно. Каким это образом одинокие старики должны «хорошо проводить время»? Сидеть и смотреть в потолок? У стариков, тем более одиноких, нет, и не может быть хорошего времени. Что уж тут хорошего, осознавать, что сегодня ты уже не способен делать то, что делал ещё вчера. И так, каждый день. Мозги ещё работают, а ноги уже нет. Вчера ещё бегал, а сегодня ходишь с трудом.
Ладно, хватит выть! Займись делом, — сказал он себе. Нужно было избавиться от горшков с цветами. Росли они плохо, хотя он два года поливал их, когда вспоминал. Жена всегда жаловалась, что в квартире мало света. Сейчас, из горшков торчали чахлые, пожелтевшие остатки. Земля куда-то исчезла, видны были корни растений. Наконец, Арсений Петрович решился от них избавиться. Занятие предстояло неприятное и в чём-то символичное. Из его жизни уходило ещё что-то из его окружения. То, что это происходило в его юбилей, просто совпадение. Он искал способ отвлечься от грустных мыслей.
Глава-2 Подарок на День рождения
