Но тут оборотень заскулил и задрожав, стал трансформироваться. Не ожидавшая такого Минерва ослабила хватку, но не отпустила до конца. Через мгновение она поняла, что сидит на спине Люпина, вцепившись ему в шею.
Отпустив своего ученика, наконец справившегося со своим зверем, она отпрыгнула подальше. Вернее, попыталась, но лапы не держали и она упала рядом, глядя на Северуса, который, уже поднявшись, расширенными от шока глазами смотрел на поле битвы.
— Крёстная, — прошептал он и Минни поняла, что он сейчас заплачет.
Издалека послышался шум и среди деревьев замелькали огни. Это явно спешила помощь.
«Как всегда вовремя», — попыталась усмехнуться Минерва, но у неё получилось только фыркнуть.
Бока, помятые Ремусом, болели неимоверно, Минерва не удивилась бы, узнав, что все рёбра сломаны. Оборотень был силён и Минни подумала, что ей повезло, что он не вошёл в полную силу.
Северус прихромал к ней и положил руку на голову, жалея.
— Крёстная, не умирай, — услышала Минерва, — крёстная!
Она тяжко вздохнула и рёбра заболели с новой силой. Надо было успокоить мальчика, но у неё не получилось вернуть себе человеческий облик. Минни чувствовала, что ещё чуть-чуть и она перестанет соображать, поддавшись панике. Минни постаралась успокоиться, всё будет хорошо, ей помогут.
Свет фонарей становился всё ближе и вот на поляну выбежали профессора, возглавляемые, судя по блестящей в свете факелов мантии одного и роста другого, Альбусом и Хагридом.
— Что здесь произошло? — услышала Минерва голос Альбуса.
Она снова постаралась вернуться в своё тело, волнуясь, что Северусу не поверят, если он будет утверждать, что это она. И у неё, наконец-то, это получилось и уже уплывая в ничто, она спросила подбежавшего к ней Дамблдора:
— Альбус, ты видел? Кто я теперь?
========== Глава 42 ==========
Болело всё! Боль была такая, что не давала ей уходить в марево, где, она знала, ей будет хорошо. Спокойно и правильно. Но боль мешала, тянула назад, требовала вернуться и посмотреть, почему же всё так болит.
«Ну, я же упала с лошади, а лошадь упала на меня, неудивительно, что всё болит.»
Мысль показалась верной и не мешала проваливаться в спокойное ничто.
«Интересно, я в больнице или всё ещё лежу на камнях?»
Мыслей появлялось всё больше и марево уплывало всё дальше, отгоняемое болью, от которой хотелось кричать, но она не могла себе это позволить. Застонав, она будто издалека услышала:
— Терпи, Минерва, я дала тебе костерост, терпи.
Чья-то рука дотронулась до неё.
— Я не могу дать тебе обезболивающее, извини, иначе костерост не подействует.
«Поппи, это Поппи, я в Хогвартсе и всё, что со мной было, это не предсмертные видения… Северус?.. Что с ним? Он цел? Это я виновата, не уследила…»
Мысль о том, что крестника всё же укусил оборотень, была ужасной и Минерва открыла глаза. Первое, что она увидела, было лицо обеспокоенной Поппи, склонившейся над ней.
— Поппи, — прохрипела Минерва, — что с Северусом, он цел?
Попытка привстать была остановлена мадам Помфри.
— Лежи, Минерва, у тебя масса переломов, не смей шевелиться, пока действует зелье! С мистером Снейпом всё в порядке, спит на соседней с тобой койке, я дала ему зелье сна-без-сновидений. Мальчик цел, у него был только вывих лодыжки, но он очень напуган оборотнем и взволнован из-за тебя.
— Слава Мерлину, он цел. Я боялась, что не успею, — Минни успокоилась и больше не делала попыток подняться, готовясь терпеливо переносить боль, которая вернулась снова, правда, ей показалось, что она стала менее интенсивной.
— А что с Люпином?
— Он в Визжащей хижине, но с ним там Альбус. Мальчик шокирован тем, что чуть не произошло. И, Минерва, это чудо, что он смог стать человеком! Как такое возможно?
— Это не чудо, а упорные тренировки и желание принять свою вторую натуру. У него получилось и я этому рада, несмотря ни на что.
— Ты к этому причастна?
— Немного, я просто нашла мальчику хорошего наставника и следила за точным выполнением его рекомендаций.
— И мне никто ничего не сказал! Это же прорыв в лечении оборотней. Насколько я знаю, сейчас идёт работа над зельем, которое сможет сдержать зверя, но это!..
— Это сложно, не всем под силу и нет никаких гарантий, что у человека получится. У нас нет методик и наставников. Люпин — это единичный случай. А скажи мне, Поппи, насколько сильно я ранена и когда смогу перестать пользоваться твоим гостеприимством? — Минерва постаралась прервать восторги Помфри и увести беседу в другое русло.
— Ну, я думаю, что к вечеру следующего дня я смогу тебя отпустить. Кости скоро срастутся, отбитую печень и проткнутое легкое я подлечила, так что да, к завтрашнему вечеру будешь как новая. Только придётся тебе до полного излечения недельку попить зелья и посидеть на диете.
— Что, так много всего?
— Да, как я тебе уже сказала, была повреждена печень, осколком ребра задето лёгкое, рёбра сломаны, переломы рук и ног. В общем, потрепал он тебя сильно, как не загрыз, не представляю.
— Возможно, у него уже получалось сдерживаться, так что мне повезло, да и анимагическая форма, видимо, помогла.
— Кошка? Как тебе могла помочь твоя кошка?
