Минерва вскочила, уже не заботясь о секретности. Вокруг слышались испуганные и удивлённые крики, появился чей-то патронус. Винтовка не была с глушителем и привлекла к произошедшему так нужное Минни внимание.
Она увидела, как из дома выскочил Джеймс, наколдовывая оленя, которого направил на жуткое нечто, висящее над телом поверженного мага. Тьма издала вой, от которого заложило уши, и ввинтилась в туман, уносясь вверх.
Минерва не собиралась оставаться здесь, поэтому подхватила винтовку и аппарировала, не заботясь больше об её сохранности, и надеясь, что сможет не расщепиться от волнения.
Оказавшись в квартире, из которой она ушла, казалось, много лет назад, Минерва глянула на часы. С того времени, как она вышла отсюда, прошло всего восемь часов.
Минни рухнула на диван, её била крупная дрожь. Осознание того, что она только что убила, пусть и не совсем человека, заставляло в ужасе сжиматься её сердце. Она знала, что не ошиблась, и что пуля нашла того, кому и предназначалась, но также Минерва знала, что теперь долгими ночами её будут мучить кошмары.
Взяв со стоящего рядом столика флакон с Умиротворяющим бальзамом, Минерва, сдержав дрожь, опрокинула его в рот. В следующее мгновение она уронила тихо звякнувший сосуд, испугавшись патронуса в виде феникса, просочившегося сквозь стену и голосом Альбуса произнёсшего:
— Минерва, ты нужна в Хогвартсе, срочно! Кто-то убил Волдеморта!
— Хагрид, я их забираю, — эта фраза, кажется, уже набила Минерве оскомину, и она подумала, что в следующем году стоит сказать что-нибудь другое, не столь тривиальное.
В этом году в школу поступал самый младший её племянник, Брюс. Мальчик непоседливый и проказливый, Минерва была уверена, что его ждёт Гриффиндор.
Прошедшее лето было первым после гибели Волдеморта от рук неизвестного героя, превозносимого всем магическим сообществом, но пожелавшего остаться неузнанным.
Сравнивая нынешнюю ситуацию с той, которую знала Минерва, она видела, что многое всё же пошло по иному пути.
Петтигрю умер от раны через пару часов после Лорда. Джеймс, обнаруживший его, был шокирован и вначале даже подумал, что друга заставили под пытками выдать расположение их дома, но обнаруженная впоследствии на руке Питера метка расставила всё по своим местам. Мародёры, как и остальные фениксовцы, были шокированы тем, что так ошибались в товарище.
Лестрейнджи не кинулись искать своего Лорда, так как тело Тома сохранилось, видимо, вследствие того, что убит он был не заклинанием. Так что сейчас эти трое магов сидели в своём поместье, не высовывая из него носа.
Лонгботтомы, соответственно, не попали в Мунго, и Фрэнк, как и остальные авроры, отлавливал тех глупцов, что не успокоились и продолжали махать палочками.
Ближнего круга среди них не было. Люциус, как и ожидала Минерва, заявил, что был под Империо, Абраксас вообще в это время находился во Франции, как и Мальсибер-старший, который навещал там сына и решил подзадержаться подольше. Все остальные тоже выкрутились, так или иначе.
Азкабан заполняла мелкая шушера.
Минерва поделилась с Дамблдором сведениями о крестражах, не выдавая источника, но намекая, что хорошее отношение к слизеринцам может быть очень полезно гриффиндорцам. Также она дала понять, что об этой маленькой тайне Тома знает не только она, оберегая этим себя от обливиэйта, ибо полного доверия к директору у неё так и не появилось.
В течении полугода крестражи были уничтожены. Каким образом договорились с Лестрейнджами, Минерва не знала, но была уверена, что Люциус выторговал себе за дневник немало бонусов.
Диадема, сохранность которой Минерва время от времени проверяла, была уничтожена первой, ввиду её легкодоступности. Пещеру, в которой хранился медальон, нашли, и крестраж достали. Минни гадала, чей домовик пострадал в этот раз, если ни Регулус, ни Кричер в этом не участвовали?
В хижину Минерва напросилась сопровождать Дамблдора, и спалила халупу Гонтов Адским огнём прежде, чем Альбус хотя бы увидел кольцо. Пришлось оправдываться тем, что её предупредили, что тайник очень опасен и она не хотела рисковать ни своим здоровьем, ни Альбусовым.
Смерти старика она не желала, всё же привязавшись к нему за годы совместной работы. Конечно, тот был тем ещё манипулятором, но Минерва понимала, что политик не может быть иным, да и любой человек, взявшийся руководить военными действиями, обязан учитывать и потери, которые будут обязательно, стараясь по возможности минимизировать их.
Тёмный Лорд перестал существовать, им это подтвердил Малфой, продемонстрировав чистое предплечье.
После того, как Тёмный Лорд был убит из магловского оружия, появились слухи, что Того-Кого-Нельзя-Называть убил маглорождённый, потерявший из-за Пожирателей семью. В Визенгамоте спохватились, обеспокоившись тем, что воспитанные в других традициях маги могут быть опасны именно своей непредсказуемостью.
