Ее сознание помутнело, в голову вторгались странные мысли и образы, ее бросало то в жар, то в холод. Возможно, это наказание за то, что она порвала магическую связь с Виктором. Ремесис – это сила, и ее следовало укрощать, своенравия она не терпела.
Вероятно, Юви в какой-то момент отключилась, ведь когда распахнула глаза, кругом был лишь ослепительный свет. Она приставила ладонь ко лбу, заслоняя глаза. Октавиан стоял к ней спиной у окна – на самом деле, здесь повсюду были окна. И множество растений. Она сама лежала на деревянном шезлонге. Довольно необычно для Дворца Теней.
– Где мы?
– На крыше дворца. Эта оранжерея – место моего уединения. Здесь я часто вспоминаю, зачем мне все это. Здесь я вижу свет. – Октавиан замолчал и повернулся к ней. – А свет – это ты, Юстиана. Я вспоминаю твой свет.
– Объясни, я до сих пор не понимаю тебя.
Юви постаралась взять себя в руки и подняться. Что бы ни сказал ей Октавиан, она сильнее этого.
– Я увидел тебя давным– давно. На одном далеком балу.
– Ты что-то путаешь. Я не ходила на балы.
– Разве? А как же тот танец в саду? Когда все танцевали в бальном зале, маленькая девочка кружилась в тени. Потому что ей было нельзя. Кто же это был, Юстиана?
Она ошарашено посмотрела на него. Откуда он знал?
– Я тоже там был, – ответил на ее вопрос Октавиан. – Мы приехали с делегацией. И я вышел прогуляться, когда увидел тебя. А потом я узнал, что планирует отец. И мне пришлось тайно встретиться с Дилипом Казиньяком. Я пообещал спасти вас, всю вашу семью, дать вам проход из Ремесиса, когда начнется вой на. Но взамен я взял с него клятву.
– Что ты такое говоришь? – воскликнула Юви, вскочив с шезлонга.
– Он согласился, при условии, что на твое восемнадцатилетие он привезет тебя обратно, ко мне. Я знал, что мой отец-император никогда не позволит нам быть вместе. И я ждал. Аугуст был болен, ему оставалось недолго. А твой отец, как видишь, выполнил обещание, данное мне. И я собираюсь выполнить свое. Позаботиться о тебе.
– Но он погиб!
– Все пошло совсем не так, как я планировал. – Октавиан склонил голову. – Деструкторы не всегда подчиняются мне. Они могут сорваться. В тот день там был Риок и…
– Риок? Так это был он?
Юви не знала чему верить, что думать. Она сорвала с головы вуаль и отбросила в сторону, заметавшись по круглой застекленной террасе.
– С твоим братом все тоже вышло совсем не так. Видишь ли, это я велел Риоку оживить его. Я думал, что так принесу тебе радость. Но деструкция оказалась сильнее.
– Значит, все это время…
– Я знал. И ждал. И да, я знаю о твоей магии. Твоей прекрасной силе. Юстиана, поверь мне, у нас впереди прекрасное будущее. Только если ты откроешься мне, как я тебе. Ты станешь моей Императрицей, ты уже – она. Всегда была ею для меня. Наконец, леди Малис тоже дала согласие на наш союз. Прости за те глупые соревнования – это было нужно ей, не мне.
Он подошел к Юви совсем близко и приобнял за плечи, останавливая ее бессмысленное хождение по кругу. Она дрожала так, будто вместо света на нее струилась ледяная вода.
– Вместе мы создадим сильное государство. Я знаю, ты справедлива, ты добра, ты сильна. Какой и должна быть настоящая леди. Только ты, Юстиана. Мне не нужен никто другой. Когда-то я увидел в тебе себя. Мне тоже приходилось прятаться в тени – своего брата, своего отца. Я был тем, кем меня хотели видеть. Мерзавцем, соблазняющим женщин. Транжирой и жестоким тираном. Кем угодно. Но я стану тем, кем ты захочешь. Только доверься мне, дорогая. И я знаю о другом. Знаю о твоей помолвке. Тебя отдали ему, но это неправильно. Ты можешь сама выбрать то, что лучше для тебя. Пусть старые узы останутся в прошлом. Я смирюсь, зная, что у тебя уже был он. Мне это неважно. Если ты здесь, значит, ты сделала свой выбор. Так ведь?
Он приподнял ее голову и посмотрел в глаза. Его губы коснулись ее щеки, спускаясь к шее.
Неужели отец привез ее в Шаттрли для этого? Отдать ее Октавиану?
Неужели все так просто? Зачем вся эта история с ключами? Отец ведь знал ее характер. Юви ни за что не согласилась бы на подобное.
Октавиан обошел ее, обнимая со спины, целуя плечи.
И Юви знала, что пора что-то предпринять.
Что она могла предложить Императору? Свое разбитое сердце?
Вдруг всем своим существом она ощутила знакомую ей пустоту. Пугающую бездну разрушения.
– Все сделано, Ваше Императорское величество, Архитектор уже мертв, – прохрипел позади них деструктор.
