– Никто не должен знать о случившимся и о том, что бывший посол в тюрьме!
– Даже Повелитель?
– Никто!
– Как прикажете, господин.
– Позже я навещу узника, но сейчас хочу увидеть свою жену.
– С ней всё хорошо. Она была доставлена домой.
Дарману не терпелось увидеть Налию. Что она скажет в своё оправдание? Возможно, предложит выгодную сделку или попытается подкупить его…а, может быть, будет даже умолять. Но ни одно из его предположений не подтвердилось.
Молодая госпожа, всё еще в свадебном платье, сидела на диване у окна и даже не двинулась с места, когда Дарман вошел в её покои. Она только опустошённо взглянула на мужа, как будто ожидая приговора.
– Как Вы себя чувствуете? – холодно спросил Дарман. – У Вас была долгая ночь.
– Что теперь будет со мной? – голос Налии дрожал.
– Это зависит от Вас.
– От меня в моей жизни ничего не зависит и мой брак с Вами этому подтверждение.
– Не всё, но многое зависит именно от Вас. – мягко возразил Дарман. – Вы сами не хотите
лучшего для себя.
– Что бы я теперь не сказала или не сделала – это не имеет значения. Повелитель не помилует меня никогда. – равнодушно ответила Налия. – Я готова к худшему… Лучше так, чем жить жизнью позорного предателя, который не достоин своей жизни.
В глазах Дармана появилось едва заметное удивление. Он ожидал, что Налия будет умолять сохранить её жизнь или жизнь Ахмада. Возможно, попытается как-то оправдаться, чтобы не потерять лицо, наконец… Но, он никак не ожидал увидеть раскаяние в глазах своей жены. Перед ним была хрупкая девушка, которая нашла в себе силы признать, какую огромную ошибку допустила. И это была не игра, она не пыталась вызвать жалость мужа, ей было безразлично, что он думает. Налия искренне верила, что её поступок ужасен и она заслуживает только смерти.
– Никто не знает о Вашем побеге, за исключением нескольких людей, которые будут молчать. – произнес Дарман.
– Мне нечего дать Вам взамен сохранения этой тайны. Да это и не важно – я все равно не смогу жить с таким грехом на сердце. – подавленно глядя в пустоту, ответила девушка.
– Мне достаточно Вашего искреннего раскаяния. А что касается остального, то время всё излечит и Вы сможете простить себя.
Налия подняла заплаканные глаза на Дармана. Она не верила в его доброту.
– Я знаю, что Вы готовы скрыть мой побег не из-за сострадания ко мне, а потому что Вам самому это выгодно. Можете поступать, как Вам угодно, но, даже, если сохраните всё в тайне, я не стану Вас благодарить!
Эти слова больно задели Дармана. Вместо благодарности, он получил презрение и, вдруг, по-настоящему осознал, с какой неприязнью, даже почти ненавистью, относится к нему Налия. Пропасть между ними была такой огромной.
– Я не буду Вас ни в чем убеждать. Просто знайте, что Ваш побег навсегда останется тайной для всех.
С этими словами Дарман направился к выходу.
– Что будет с Ахмадом? – внезапно спросила Налия.
Она не видела, как его схватили, но знала, что ему вряд ли удалось сбежать.
– Я еще не принял решения на счет него. – сухо ответил Дарман и вышел из покоев.
Покинув покои жены, Дарман, отправился в тюрьму, чтобы увидеть Ахмада.
Пока он шел, не мог выкинуть из головы Налию. Несмотря на то, что она раскаялась в своем поступке, судьба Ахмада всё еще волновала её и это сильно злило Дармана. Что делать ему с пленником? Долго держать его в тюрьме не получится – об этом может стать известно. Убить его тоже нельзя – реакция Налии может быть не предсказуемой. А если отпустить, то этот негодяй, скорее всего, снова попытается увезти госпожу из страны. Дарман понимал, что самый надежный способ перевернуть страницу – это убить Ахмада. Но, тогда пропасть между ним и Налие никогда не исчезнет, а станет только шире. По непонятной причине, это волновало его сейчас больше всего.
Увидев Ахмада за решеткой, сидящего на корточках, Дарман испытал отвращение.
Не смотря на то, что удалось предотвратить хорошо подготовленный побег, он знал, что это не его заслуга. Охранник рассказал, что именно из-за жадности Ахмада, отправление корабля задержалось и только по этой причине удалось остановить беглецов.
Увидев Дармана, Ахмад встал с корточек и воинственно подошел к нему. Выглядел он измученным. Но, взгляд его был полон ярости.
– Зачем ты пришел сюда? Хочешь насладиться своей победой?! Только не думай, что ты победил! Даже, убив меня, ты не победишь! Я любим самой лучшей женщиной в мире, а ты ей ненавистен – и в этом моя победа! – дрожащим от гнева голосом, прокричал Ахмад.
– Я пришел сюда, чтобы увидеть глупца, променявшего любовь самой лучшей женщины в мире, на туманные материальные блага. – выражение лица Дармана оставалось неизменно спокойным, только во взгляде было презрение.
– Ни тебе меня судить! Всем известно, что твоя корысть не знает границ!
– Что хуже: корысть или глупость? В тебе присутствуют оба этих качества. Так что, в одном ты прав – тут твоя победа.
– Если ты пришел позлорадствовать, то лучше убей меня сразу! Я не обязан терпеть твои оскорбления! Покончим с этим быстро!
– Неужели ты так хочешь умереть?
– Смерть – это то, что меня ждет. Я это знаю.
