– Посмотри, – все с тем же негромким восторгом беззлобного идиота прошептал Иртенев, обводя рукой эту помесь хорошо обжитого вороньего гнезда – с помойкой, – и брось доставать всякими глупостями.
– Дурак, – поджав губы, проговорил Гельветов, с легким отвращением оглядывая уродливое сооружение, занимавшее почти весь исполинский стол вместе со специально приделанными к нему полками из плохо струганного дерева, – какую вещь испортил.
– Верхогляд и чистюля, – заявил математик, – о чем ты говоришь? Об убогом карлике, жившем здесь две недели назад? А экранчик твой красивенький – так и вообще меня не удовлетворяет! Мал, и четкость п-паршивая…
– Микросхемы, – ровным, терпеливым, но при этом все-таки, каким-то способом, – угрожающим голосом промолвил Гельветов, – иде?
– Какие?
– С интеграцией на полтора миллиона. Те, которые должен был позавчера сдать.
– Это – кремниевые такие?
– Во-во. Прямоугольненькие такие. С то-оненькими проводочками.
– Не надо. Никаких полупроводников, никакого кремния… Да не гляди ты на меня так, сделали мы тот проект, куда-то в PROJ. засунули, только не надо этого, даже нельзя просто-напросто…
– Давай.
– Да не надо, говорю! Смотри сюда… Помнишь, – Вайский о Д-структурах говорил?
– Ну?
– Хрен гну! Воспроизвели – слышал?
– Слышал.
– Сначала – просто так воспроизвели, как попало, а потом подобрали спецурку из имеющихся "мосов". Проводит! Над "мос"-дорожкой, вторым слоем, – отражающий слой, вместо изоляции, и тоже прекрасно держит. Это ясно, да?
– Ясно, ясно, сам делал. Дальше что?
– А теперь гляди сюда: половина элементов Д-структуры имеют "партнерские" элементы во втором слое. Понятно?
– И?
– Двухкомпонентный комплекс запросто конформирует со сменой полярности и намертво запирает проводник. Вот тебе аналог триода, причем без отдельного устройства… Таким вот образом, – на стеклянном квадрате, подчиняясь небрежной игре пальцев математика, возникали, преобразовывались и растворялись без следа диковинные, со вновь изобретенными специально для их дела символами, – а вот так они соединяются в элементарный сумматор… Проверяем, – а схема соответствует твоей любимой микросхеме, – у нас п-получается. Тогда мы фиксируем "мос"-ы, – так, как ты придумал для "подносов", только вместо них – у нас упакованные дорожки с одной цепочкой "гнезд". Все. Схема готова. Миниатюризация – на порядок при самом бессовестном дублировании, энергопотребление – тьфу! – а главное, – она не греется. Но…
Он замолк, будто не решаясь продолжать и с сомнением поглядывая на начальство. Гельветов, глядя на него – демонстративно выжидал, а потом, когда пауза подзатянулось, почел за благо не выдержать:
– Что там у вас еще за пазухой? Колись, колись!
– Видишь ли… У нас "триоды" находятся в фиксированных местах, там где имеется ввиду "ввод", так?
– Ну?
– Так ведь дорожка-то – на всем протяжении одинакова! В принципе – никакого запрета на то, чтобы вводить их по мере необходимости в любом месте.
– А… зачем?
– Ну… не знаю. Но в принципе – это возможность менять архитектуру устройства в зависимости от конкретных задач. Может быть, – может быть! – ежели бы удалось создать своего рода алгоритм, получилось бы нечто вроде нового типа памяти.
– Понятно. Так что ничего такого, что можно было бы пощупать, у вас так и нет?
Вместо ответа Иртенев подал ему один из лежавших на столе Подозрительных Предметов. Гельветов содрогнулся: с виду изделие напоминало не то раздутый гороховый стручок, не то – нечищеный арахисовый орех, и отличалось серовато-желтым, безотчетно мерзким цветом, – только по полюсам виднелись жилы выводов. Привычным усилием воли подавив рвотный позыв, Гельветов сохранил на лице обычное свое бесстрастное выражение и даже заставил себя взять это – в руки.
– Напоминает хорошо высушенное собачье дерьмо с торчащими из него жопными волосиками, – задумчиво проговорил он, – только, наверное, потверже будет… А?
– Ага, – немедленно окрысился математик, – а тебе, понятно, подавай аккуратный брикетик. С аккуратными буковками. Это, знаешь ли, лютое эстетство! Эстетические вкусы – они меняются.
– Чтоб. Корпус. Был. Человеческий!!! Мать вашу р-распросучью! И маркировка чтоб! Хоть сами рисуйте! Я вас, блядей, научу под ноги-то глядеть! Вы у меня забудете, что второстепенные проблемы – вообще существуют! Говняют-говняют, сделают – неудобно до смерти, а уж вид-то, – глянуть на вещь невозможно, а они делают вид, что это – ниже их сратого достоинства! Чтоб при монтаже людям – удобно было, а спутать – нельзя никак!
– Ой… Ну что ты раскипятился? Параметры-то – классные! И гляди еще: мы сделаем, как ты просишь, красивый корпус, так, н-нафаршируем его, – помимо пары-тройки десятков чуть измененных готовых схем, – "дорожками" с деактивированными "мос"-ами и заливаем жидкой фазой из сверхинертной жидкости на фторсиликатной основе. Понял? Получается гель.
– Начинаю понимать. А зачем?
