– Он хотел, чтобы я разделась! Вы даже не упомянули об этом, когда мы общались утром!
– Да, это правда, я не успела вам рассказать. Но я так хотела, чтобы вы успели на эту съемку, вы идеально подходили для этого заказа. Я объяснила Теренсу, что вы не говорите по-английски и подобные вещи в вашей культуре не приняты, поэтому вы так бурно отреагировали. Но это же календарь Пирелли! У вас будет миллион заказов после этой съемки! Вы разве не читаете модных журналов – Vogue или Elle?
Если вы всерьез хотите стать фотомоделью, то этот заказ просто послан вам судьбой, вы не можете его упустить. Снимитесь для Пирелли и потом будете грести деньги лопатой и выбирать съемки, которые вам по душе.
– У меня нет денег на эти журналы. Я иногда листаю их в киосках.
– Хорошо, но вы хотя бы видели снимки, которые там есть? Вас ждет такая же работа. Теренс Донован – лучший фотограф в мире. Если вы всерьез хотите стать фотомоделью, то этот заказ просто послан вам судьбой, вы не можете его упустить. Снимитесь для Пирелли и потом будете грести деньги лопатой и выбирать съемки, которые вам по душе.
– Я ни за что не сниму верх!
В трубке раздался сердитый вздох:
– Варис, напомните, где вы работаете?
– В «Макдоналдсе».
– И сколько платят?
Я назвала цифру, сейчас уже не помню, сколько я получала.
– А за каждый день съемки вам заплатят полторы тысячи фунтов.
– Мне одной? Столько денег?!
– Да. И еще вы отправитесь в путешествие, съемки будут проходить в городе Бат. Я не знаю, были ли вы там раньше, но место это просто чудесное. И отель прекрасный, вы будете жить в «Ройялтоне», представляете? Мне удалось вас убедить?
Признаться, когда она сказала сумму, я сдалась. Если я буду столько получать, то очень скоро смогу помочь маме.
– Ладно, ладно! Когда мне к нему пойти?
– Завтра утром сможете?
– И мне нужно будет только снять верх? Ничего больше? Он не заставит меня с ним переспать или чего похуже?
– Нет, нет, не волнуйтесь! Все честно, без грязи. Только фото.
– И он не попросит меня расставить ноги или сделать что-то неприличное на камеру? Ничего не скрываете больше?
– Варис, нет, не думайте ни о чем таком. Вас просто попросят снять верх, больше ничего. Но только помните, пожалуйста, что вы еще не получили работу: завтра у вас будет пробная съемка, а там посмотрим, что скажет Теренс. Постарайтесь ему понравиться.
Утром я вновь отправилась в студию. Теренс Донован не смог сдержать смеха при виде меня:
– О-о-о-о, привет! Рад, что ты пришла. Как тебя зовут?
Он был очень терпелив. У Теренса были дети, и он с самого начала понял, что я и сама еще напуганный ребенок, который пытается выжить в чужой стране. Он угостил меня чаем и стал показывать альбомы со своими работами.
В тот день я поняла, что рождена быть моделью. Как настоящий профессионал, я встала за черту, одним движением руки сбросила свой верх и смело посмотрела в объектив.
– Пойдем в другую комнату, я покажу тебе несколько снимков.
Соседняя комната была доверху уставлена шкафами и коробками. Из одной он выудил календарь с фотографиями роскошных женщин – на каждой станице была новая модель.
– Видишь? Это прошлогодний календарь Пирелли. Я делаю его каждый год. В этом будет совершенно новая концепция – только африканские женщины. На каких-то фотографиях ты будешь одета, на других – оголена.
Теренс подробно рассказал мне, как проходят съемки, разложил все по этапам. Он казался очень убедительным и добрым – я больше не думала, что он толкает меня на какую-то мерзость.
– Ты готова? Пора сделать несколько снимков.
Я была готова еще вчера, когда узнала свой гонорар за снимки. Но сейчас мне было спокойнее идти на этот шаг.
– Да, я готова.
В тот день я поняла, что рождена быть моделью. Как настоящий профессионал, я встала за черту, одним движением руки сбросила свой верх и смело посмотрела в объектив. Невероятное чувство! Фотография получилась замечательной – черно-белая, очень естественная и ни капельки не пошлая. С нее на меня будто смотрела наивная девчонка Варис, малышка из Африки, которая подставила под солнышко маленькую грудь.
Вечером я получила извещение из агентства, что меня взяли на эту работу и на следующей неделе я поеду в Бат. Я позвонила Веронике и сказала, что не могу позволить себе прогул в «Макдоналдсе», потому что неизвестно, когда я получу свои деньги за съемку, а мне нужно на что-то жить и платить за комнату. Она меня успокоила и предложила аванс. Больше на смену в «Макдоналдсе» я ни разу не выходила.
После разговора с Вероникой я обежала все общежитие и хвасталась свей новостью каждому встречному – даже незнакомцам.
– Варис, господи, прекращай уже так хвастаться! – наконец сказала Хальву. – Ты же сиськи будешь показывать, да?
