Съемки проходили на одном из волшебных островов Карибского моря. Все вокруг предвещало потрясающие дни работы – красота была завораживающая, и мы просто не могли поверить, что нам заплатят за нахождение в таком чудесном месте. Но редактор не разделяла общих восторгов и придиралась ко всему, что видела, а особенно ко мне:
– Варис, ты что, как полудохлая, шевелись! Какая же ты лентяйка, терпеть вас не могу.
Ко всему прочему, она нажаловалась в мое агентство и сказала, что работать со мной не может.
Агентство очень удивилось, но больше всего была шокирована я. Эта женщина была мрачнее всей семейки Адамс. Было заметно, что у нее нет ни друзей, ни мужчины, а в жизни ее ничто не интересует, кроме работы. На мне и на многих других моделях она попросту отыгрывалась, срывала гнев и разочарования. Во время съемок я еле сдерживала себя, чтобы не вмазать ей хорошенько, так она меня раздражала.
Грустнее всего наблюдать за тем, как такие мегеры издеваются над совсем молоденькими девчонками, только начинающими карьеру в модельном бизнесе. Часто они приезжают в другую страну без знания языка, без какого-то житейского опыта и натыкаются на недобросовестных заказчиков или агентов. Они очень наивны и не замечают, как их бессовестно эксплуатируют. Многие не выдерживают. И возвращаются на родину, превратившись в таких же злобных и серых женщин.
Индустрия моды легко могла бы называться и индустрией мошенников – здесь они на каждом шагу. Очень много молоденьких неопытных девушек, мечтающих о карьере модели, становятся жертвами предприимчивых дельцов, обещающих славу и золотые горы за хороший гонорар: заплати нам и станешь звездой. Меня всегда очень возмущали подобные случаи, ведь я сама прошла через такое с Гарольдом Уиллером. На самом деле, чтобы стать моделью, тебе нужно вложиться только в билеты на автобус – доехать до агентства и обратно. Любое агентство охотно само вложится в тебя и поможет с портфолио, если увидит в тебе потенциал на годы вперед.
Многие думают, что съемки всегда проходят в приятных местах, где все вокруг работает на то, чтобы модель могла расслабиться и хорошо сняться. Увы, я вас разочарую – порой мы оказываемся в ситуации, которую бы не пожелали никому. Однажды я участвовала в съемках с быком, но
Сначала от Лос-Анджелеса нас забрали в пустыню на вертолете. Мы там были совершенно одни, только я, съемочная группа и жуткий дикий бык с острыми рогами. Тогда я ни о чем не подозревала (а ведь быка звали Шайтан!) и с радостью пошла знакомиться с животным:
– Вау, привет, друг! Какой красавец, только посмотрите. Он смирный?
– Да ну что ты! Вон там стоит его хозяин, видишь? Он знает, как правильно себя с ним вести.
Фотограф объяснил, что фотография делается для этикетки виски и, по задумке, я должна сидеть верхом на быке. Обнаженная.
Я была в шоке – заранее о таком меня не предупредили. Но мне не очень хотелось заказывать здесь скандал, поэтому я решила: о’кей, голой так голой.
На быка на самом деле без слез взглянуть было невозможно – он страдал от жары, из носа у него текло, а ноги были связаны, чтобы вел себя смирно. Мне велели лечь на него так, чтобы с одной стороны свешивалась половина тела, а ноги были вытянуты.
Жара, пустыня, я голая на быке – строить из себя расслабленную, игривую и сексуальную женщину было очень сложно. Я улыбалась, а сама думала: «Если он взбрыкнет и скинет меня, мне конец». И едва я подумала об этом, как почувствовала, как спина быка изогнулась, – в следующий миг я уже летела в воздухе, а затем больно упала на землю.
Очень много молоденьких неопытных девушек, мечтающих о карьере модели, становятся жертвами предприимчивых дельцов, обещающих славу и золотые горы за хороший гонорар: заплати нам и станешь звездой.
– Ну ты как, в порядке?
– Вроде да, все нормально.
Я храбрилась и старалась не подавать вида, что испугалась. Еще чего, терпеть издевки и шутки из-за страха перед каким-то старым быком!
Меня подняли, отряхнули и вновь отправили на спину к быку. Тот был явно не в восторге от такого тесного знакомства – за день он сбросил меня еще дважды. На третьем падении мне досталось хорошо – разодранная коленка и растяжение.
– Фух! Вы снять успели?
– Понимаешь, нам нужен буквально еще один кадр.
К счастью, снимки остались лишь воспоминанием в моей биографии – на этикетках виски я не появилась. Я была только рада, потому что сама мысль о том, что на меня будут пялиться какие-нибудь пьяненькие старики в пабе, вызывала во мне дрожь. После той истории я твердо решила, что все-таки обнаженные съемки – это не мое.
