После традиционных приветствий капитан станции пригласила меня с Эрганом и капитана Плата с первым помощником в личную гостиную. Там уже был сервирован обед. На «Ковчеге» в это время была ночь. Это говорило о разнице в условном времени на суднах.
— Прошу к столу, — Аурика скупо указала мне на место возле себя. — Мы ждали вас позже.
— Это проблема?
— Никак нет. Всё готово для приёма первой большой смены ваших учёных, дэса ар Ньерри. Вы хотите убедиться?
— Скорее, хочу бегло осмотреться. Мы не хотим надолго задерживаться. Нас ждут дома, — я зацепилась взглядом за синие глаза дракона и вздохнула. Сама не замечала, что последние четыре часа находилась в жутком напряжении. Всё-таки ответственность за жизни более чем двух сотен существ значительно давила. — Позже у нас будет время посмотреть на всё более тщательно. Работы предстоит много и здесь, и на поверхности.
— Мне приятно оказаться на пороге великих свершений. Меня ознакомили с концепцией проекта развития Каракса. Впечатлена! Вы так молоды, и такие стремления.
Женщина вдруг улыбнулась.
Это выразительное движение мышц лица, согласно Этикету взаимодействия разумных рас, считалось положительным проявлением эмоций. Ксенопсихологи давно сошлись во мнении, что этот мимический жест — эффективный инструмент деловых коммуникаций.
Я автоматически улыбнулась в ответ, понимая, что чем-то заслужила расположение капитана Грин.
— Рада слышать. Насчёт молодости, тут я должна восхищаться. Вы к своим тридцати годам занимаете такой ответственный пост. Держите команду бывших спецов в ежовых рукавицах. Но не буду выпытывать секреты управления. Главное, выполняйте свою работу. Мы возлагаем большие надежды на тех, кто теперь находится в вашей вотчине, капитан. Я привезла цвет научного общества. Надеюсь, вы позаботитесь об их безопасности.
— Безусловно. «Оптимус» снабжён мощной установкой, генерирующей защитное силовое поле, и оборонительными противокорабельными пушками. Но лучше бы нам не пришлось их применять.
— Будем молить Духов о защите!
На станции мы задержались на целых пять часов. Столько времени у нас оказалось в запасе в связи с разницей между началом дня на Караксе и на корабле. Эрган не настаивал на том, чтобы мы летели на планету ночью. Ему так же, как и мне, хотелось увидеть родной дом при ярком свете дня.
За это свободное время я посетила ключевые места на «Оптимусе». Восхитилась продуманной системой биологической защиты лабораторий. Удовлетворилась осмотром мест отдыха сотрудников. Узнала о первых результатах исследования грунтовых вод на планете. Этот вопрос требовал тщательного изучения, так что я забрала с собой информационный кристалл с результатами геологоразведки. Переговорила со старшим научным руководителем, считай, директором станции, решила некоторые вопросы очерёдности отправления груза, привезённого «Ковчегом» на Каракс.
Простившись с двумя капитанами, мы с Эрганом спустились в грузовой трюм, где всё это время находились наши с драконом космические транспортные средства.
Спускались на планету мы по отдельности. Моя скоростная яхта легко вылетела из нутра «Ковчега» и устремилась к поверхности планеты. Шаттл Эргана находился в поле видимости внешних камер моей яхты.
Иррационально нервничая, я переживала за моего дракона, хотя знала, что Эрган налетал уже не одну сотню часов на разных моделях даже покруче его корабля. С ним на планету спускались парни из его академической группы. Они сдружились с драконом за время учёбы. Поэтому не удивительно, что не захотели расставаться и решили провести каникулы в доме Эргана, естественно, по его приглашению.
— Кис, веди шаттл дэсайя Эргана, — отдала команду своему искину и переключила внимание на приближающуюся поверхность Каракса.
Мы еще не достигли атмосферы, как вдруг ожила связь на корабле.
— Внимание, с вами говорит капитан патрульного катера воздушного пространства Каракса. Вы вторгаетесь в территориальное пространство заповедной планеты, находящейся под протекторатом Альянса. Назовите себя, класс корабля и цель визита, — грубоватый мужской голос в наушнике застал меня врасплох. Я ещё не привыкла, что радиомолчания здесь больше нет. — Приготовьтесь к досмотру пограничным дозором. В случае неповиновения стреляем на поражение.
— Я дэса Эолайн ар Ньерри. Судно — гоночная яхта «Фулгур», возвращаюсь домой, в эмират ар Кьерри.
После короткой паузы, достаточной чтобы свериться с данными, патрульный ответил:
— Мирных звёзд, дэса. Ваша яхта имеет статус «неприкосновенной». Досмотр отменяется. Счастливого приземления.
Ещё бы! Кто бы им разрешил осматривать сокровищницу дракона!
— Шаттл дэсайя Эргана тоже имеет статус «вип», — прокомментировал Кис. — Но запрета на досмотр на его судне нет. Вы на особом счету у эмиров, дэса Эолайн ар Ньерри.
