- Опустись на колени.
Фейлон наклонился, взял в ладони его лицо. Медленно-медленно провел большим пальцем по нижней губе Акихито. Такаба удивленно, во все глаза уставился на дракона. Фейлон смотрел на него так, будто что-то искал. Немой вопрос плескался в его глазах. От этого вопрошающего, ищущего взгляда перехватывало дыхание, и кровь неровными толчками билась в висках.
Дракон медленно приблизил свое лицо к Акихито и поцеловал его. Ласково, нежно, влажно. Поцелуй длился и длился. Наслаждение сладким ядом растекалось по жилам, голова кружилась, тело горело.
"Что это? Что с ним? Это же в первый раз! Он в первый раз "так" целует меня!"
Мысли путались и уплывали. Все ощущения Акихито сосредоточились на губах. На ласковом прикосновении рта Фейлона к его рту. На руках, которые бережно, как драгоценную фарфоровую вазу держали в нежном плену его лицо. Чуть слышно застонав, Такаба вцепился в шелковые рукава, чувствуя, что еще секунда, и он упадет.
С восторгом, ощущая ответ Акихито, Фейлон соскользнул с кресла на ковер к Такабе, усиливая поцелуй. Он подался к Акихито, принуждая его лечь на спину. Синий шелк чеонгсама волнами разлился вокруг него и яростные, прекрасные, красные с золотом драконы купались в его синеве. Черные как вороново крыло волосы с тихим шелестом атласным шатром раскинулись по сторонам от любовников, отрезав их от внешнего мира. Сладкий аромат благовоний теплым прессом повис между ними, сводя с ума и не давая дышать.
Наконец, Фейлон оторвался от задыхающегося парнишки, медленно проведя напоследок языком по припухшим от поцелуя губам, слизывая собственный вкус с Такабы. Чуть приподнял голову, любуясь раскрасневшимся Акихито, его блестящими серыми глазами, растрепавшимися светлыми волосами, влажным ртом. А, затем, начал его раздевать.
Акихито плыл по течению, полностью отдавшись ощущениям. И только где-то далеко было удивление, вызванное поведением дракона, ни разу за эти долгие и изнуряющие душу и тело ночи страсти не прикасавшемуся к нему с такой нежностью и вниманием.
"Даже Асами. ... Даже Асами никогда ..... Никогда так......".
Фейлон склонился над обнажившейся грудью Акихито и лизнул его в ямочку между ключицами, и все мысли об Асами вылетели из его головы. Остался лишь Фейлон, его необычно мягкие теплые глаза, его запах, его волосы, скользившие по телу и дарящие дополнительную ласку.
- П-подожди ...... Фей ..... Фейлон .... Подо ..... Аааах.... Нет! Подож.....
Акихито задыхался, голос дрожал и срывался. Он попытался вырваться. Фейлон резко вскинул голову. В его глазах на секунду мелькнула такая боль, что у Акихито слезы навернулись на глаза. А потом взгляд дракона заледенел, стал жестким и безразличным. Такаба потянулся к нему, легонько прикоснулся кончиками пальцев к щеке Фейлона:
- Подожди, позволь мне. Позволь я сам.
"Ведь, вполне вероятно, я последний раз сегодня с тобой. И не смотря ни на что, я не хочу ненавидеть тебя. Позволь мне сохранить тебя в своей памяти таким прекрасным, что сердце разрывается на части от твоей красоты. Позволь хоть на миг растопить холод в твоих глазах, заполнить одиночество в твоей душе. Хоть на миг".
Эту мысль Акихито не стал произносить в слух. Он осторожно отстранился от Фейлона, поднялся на ноги и потянул дракона к кровати, одновременно освобождаясь от оставшейся на нем нехитрой одежды глядя ему в глаза и медленно облизывая губы, как бы предвкушая последующее удовольствие. Взгляд Фейлона снова потеплел, и стал наполняться огнем желания, такого сильного, что оно было почти осязаемым.
Акихито чуть подтолкнул дракона, усаживая его на постель, и заставляя откинуться на подушки, и потянулся к драгоценным застежкам чеонгсама, медленно расстегивая каждую и как бы невзначай проводя пальцем по обнажающейся коже. Да, Фейлон многому научил его за эти три недели, и теперь Акихито впервые по собственной воле хотел сам испробовать все эти приемы и ухищрения. Одна застежка, другая, третья. К рукам и пальцам присоединяются губы. Еще застежка. А теперь и язык оставляет влажные дорожки на горячей коже. С каждой застежкой ласки изощреннее и смелее. Вот уже и зубы участвуют в этом сладком безумии.
- Акихитоооо......
В хриплом стоне слышалось удивление и наслаждение. Фейлон прикрыл глаза, упиваясь сладкими ощущениями. Как оказывается приятно, когда тебе дарят ласки по своей воле, когда к тебе прикасаются с любовью и желанием, когда наслаждение партнера слаще, чем твое собственное, когда его стоны заставляют забыть тебя обо всем на свете, кроме вожделенного тела рядом.
Синий шелк сползает с кожи, словно тающий под солнцем снег, растворяясь под горячими ласками, и вот уже нет никаких преград. Кожа к коже. Горячий шелк и атлас, тихие стоны, нетерпеливые поцелуи, жадные ласки. Прикосновение волос. Наслаждение в глазах. Тяжелое дыхание. Огонь страсти, сжигающий дотла тело и душу. И дикая первобытная радость обладания. Ты мой! Мой! Только мой! В эту секунду - только мой!
