— Как странно, — произнес он. — Когда я говорю о вашем будущем материнстве, вы всегда вспоминаете об этом человеке. Я не думал, что этот старик может быть в вашем вкусе, но ведь женщины очень странные создания…
Имоджин только было собралась протестовать, когда разглядела в его глазах нескрываемую насмешку. Этот паршивец осмеливается дразнить меня, подумала Имоджин.
— Он мой самый преданный слуга, — холодно заметила она.
— Ваш преданный слуга находится в Кливе в полной безопасности, но он не может оттуда уехать по своей воле.
Имоджин уставилась на него. Он взял Сиварда в заложники!
— Вам должно быть стыдно так поступать с моим старым и преданным вассалом!
— Если вы будете себя разумно вести, ему ничто не грозит, — спокойно ответил ей лорд Фицроджер. Потом он спросил:
— Кто же папаша этого нежеланного дитя? Имоджин опустила глаза.
— Я не могу вам сказать это, — честно ответила она ему.
Он резко поднял ее подбородок вверх.
— Вы, случаем, не состоите в тайном браке?
— Если бы я была в браке, мне бы не понадобилась ваша помощь.
— Все зависит от мужа. Ренальд де Лисл подхватил на руки леди Имоджин.
— Сэр Ренальд, — высокомерно заметила Имоджин. — Хотя вы, без сомнения, думаете, что ваш друг — подлинное собрание всевозможных добродетелей, я считаю его невоспитанным и злым.
Она почувствовала, как де Лисл весь трясется от едва сдерживаемого смеха.
— Я не считаю его любезным рыцарем. Он такой же бродяга и отпетый негодяй, как и я. Но он всегда держит слово, а такое нельзя сказать о большинстве мужчин.
Имоджин вздрогнула, вспомнив о некоторых страшных обещаниях Ублюдка, поэтому слова Рональда ее совершенно не успокоили.
Они приблизились к Каррисфорду во второй половине дня. Фицроджер оставил большую часть своего отряда в лесу, скрыв воинов в густой чаще, а сам вместе с Рональдом и еще несколькими всадниками отправился разведать обстановку. Имоджин не желала оставаться и уговорила Берта следовать за ними. Они выехали на опушку леса и, остановившись на пригорке, стали наблюдать. Замок отсюда был виден весь как на ладони.
У Имоджин сжалось сердце при виде родного дома, возвышавшегося на каменистом холме у реки. Казалось, что замок остался совершенно невредим.
Имоджин еще раз внимательно осмотрела его. Высокая квадратная центральная башня и две мощные стены, образовывавшие внутренний и внешний двор, не были разрушены. Две башни у главных ворот как бы приглашали внутрь, даже решетки были подняты. К главным воротам вела извилистая дорога, а подъемный мост был опущен.
Имоджин была готова увидеть картину страшного разрушения, но замок оставался таким же прекрасным, как прежде.
— Он, наверное, убрался отсюда, — пробормотала она.
Фицроджер окинул взглядом леди Каррисфорд.
— Или устроил засаду для вас или любого другого, кто отважится отбить у него замок. Имоджин прикусила губу.
— Что же делать?
— Внимательно понаблюдать и произвести тщательную разведку.
Они вернулись обратно. Сопровождавшие их воины спешились и привязали к деревьям своих лошадей. Когда сэр Ренальд снял ее с седла, Имоджин попросила, чтобы он посадил ее повыше, откуда она могла бы видеть свой замок.
Через некоторое время несколько человек отправились на разведку верхом. Еще несколько воинов решили подкрасться поближе к замку.
Имоджин вдруг обнаружила, что ее взоры чаще устремляются на молчаливого рыцаря и защитника, чем на замок. Она решила, что ей трудно предпочесть что-либо одно. Ублюдок оказался таким же неприступным и холодным, как и каменная стена, мрачно подумала девушка. Действительно, Фицроджер словно бы окаменел. Даже в тени было толком жарко, и всем известно, что кольчуга не самый удобный наряд, но он продолжал неподвижно сидеть, напоминая статую. Его профиль тоже был как бы высечен из камня. Строгие суровые черты…
Позади послышался шум, и Фицроджер тут же исчез, услышав голоса.
Имоджин попыталась повернуться и увидела, что один из воинов привел крестьянина, который упал на колени перед лордом Кливом. Имоджин хотела быть там и проклинала ноги, которые удерживали ее на одном месте.
Фицроджер, видимо, почувствовал ее беспокойство. Он вернулся к Имоджин, подхватил ее на руки и подошел к крестьянину. Тот поднялся на ноги, весь трясясь от страха.
— Кто это? — спросил Фицроджер у него.
— Это — леди Имоджин. Дочь лорда Бернарда. Сокровище Каррисфорда. Миледи, как же я рад, что вы живы. Такие времена…
— Хватит причитать — приказал Фицроджер, и крестьянин замолчал. — Леди снова станет править Каррисфордом, и порядок будет восстановлен. Вам нечего бояться, но лучше туда не ходить, пока все не выяснится.
Крестьянина увели. Он пятился и кланялся. Имоджин показалось, что он выказывал больше почтения Фицроджеру, чем ей.
Фицроджер отнес Имоджин на одеяло и усадил ее там. Он снова очень внимательно посмотрел на девушку.
— Итак, леди Имоджин, расскажите мне всю правду. Когда придет время рожать? Имоджин с трудом проглотила слюну.
— В конце сентября. — Говоря так, она решила, что лишний месяц ей не помешает.
