Сергей сидел в рубке американского бронетранспортера, облаченный в американскую форму и следил за показаниями датчиков. Каждого члена экспедиции экипировали по высшему разряду, выдав шлемы с инфракрасными датчиками, легкие компактные бронежилеты, портативные рации-наушники, даже солнцезащитные очки. Многим бойцам, вчерашним грузинским пастухам и крестьянам такая экипировка казалась фантастической, и они зачастую не знали, как пользоваться этим богатством. Один из парней мечтательно присвистнул:
- Эх, продать бы все это! Сколько бы хлеба было!
Оружие, правда, разрешили оставить свое. Родной «Калаш» с подствольником тыкался в ногу Сергею. Крайтон, наверное, рассудил, что если боец привык к своему стволу, то пусть с ним и не расстается.
Три бронетранспортера («Страйкер», модификация М-113 и БТР-80), БРДМ, два танка (Т-80), два «Урала» с герметичными кузовами, сверхтяжелый «Ошкош», тянувший прицеп в виде вагончика. Солидное техническое оснащение для нынешних времен. К одному из «Уралов» был прицеплен совсем маленький вагончик, подпрыгивающий на каждой кочке. Передвижной туалет. Так-то…
Над машинами время от времени появлялся вертолет, - UH-1, он же «Ирокез». Летчики с воздуха помогали своим наземным товарищам разведывать дорогу. Со спутника бы посмотреть, из космоса, да откуда нынче такая роскошь?! И на том спасибо!
Эфир не затихал ни на минуту. Указания и доклады на английском и грузинском быстро сменяли друг друга, информация о том, что творится за бортом, за доли секунды долетала к «Синему», то есть Крайтону. А вся колонна вместе с людьми напоминала единый сложный организм, слаженную боевую машину, где каждый винтик, каждый человечек знает свое место и свое дело.
Сергей заметил очень большую разницу между американцами там, дома, и здесь, в креслах боевых машин. Ни следа высокомерия, ни плевков на землю, снисходнительного «Эй, приятель!», предложений выпить, покурить травки, сгонять к девочкам. Слаженность действий, сосредоточенность, готовность к бою. Все как в старых голливудских фильмов про благородных американских рыцарей, спасающих мир. Да, Крайтон своих людей вышколил безупречно!
Кстати, на одной из стоянок Сергей спросил у одного американского солдата напрямую, - почему разница между американцами «здесь» и «там» так бросается в глаза. Ответ был четким и лаконичным:
- Потому что мы – «Дельта»!
Иногда Сергея заставали врасплох мысли о доме, о детях, о Кети. Но предаваться грустным воспоминаниям мешал тот же Крайтон, который сносно владел не только грузинским языком, но и русским:
- «Р-1», доложить радиационную обстановку! Можешь в рентгенах!
«Р-1», - это он, Сергей. Почему «Р»? Наверное, потому что Russian. Сергей глядел на показания датчиков и докладывал:
- «Синий», я «Р-1»! Докладываю, за бортом двадцать семь микрорентген в час. Как поняли, сэр?!
- Понял тебя, «Р-1»! Спасибо, не скучай там!
Рация бикнула, затем вновь оживилась. Голосом Тенгиза:
- «Р-1», я «Ц-6»! Как ты там, Серго?! Все хорошо?
Сергей улыбнулся:
- Все нормально, Тенгиз! Спасибо!
- Прекратить херней страдать в прямом эфире! – ворвался в переговоры друзей гневный голос Крайтона, на сей раз по-грузински, - Вы что, в интернет-кафе, или на курорте?! Не дай бог еще раз услышу! Как поняли, не слышу? Как поняли, глухие медведи?!
Они двигались вдоль старой автотрассы Гори-Мцхэта. В амбразурах и на обзорных экранах был виден однообразный желто-зеленый пейзаж, травы, одинокие сухие деревья, кустарники. Обычной путеводной нитью тянулась в стороне серая в трещинах лента трассы. За спиной оставались чудом уцелевшие строения кафе и магазинов, брошенные автомобили, автобусы.
Агаяни объехали по дороге, входить не стали. Колонна взяла курс южнее, все ближе подъезжая к горному хребту. На вершине горы виднелась каменная серая свеча колокольни и церковь. Ниноцминда. Вертолетчики сообщили, что церковь пуста.
Прошли брошенные фермерские сады, приблизились к узенькой речушке Ксани. Зеленый берег здесь подступал к самой воде, из которой торчали опоры бывшего моста. Пришлось двигаться на юг, к железной дороге.
В этом месте горный хребет был разрезан рекой. Пришлось карабкаться по склону мимо брошенных ветхих домов Сакадагиано и Хидискури. Дома стояли прямо на склонах, на неровностях. Кое-какие жилища покосились, завалились набок, медленно сползая в реку. Двигались с черепашьей скоростью, засылая вперед разведку на БРДМ. Селение было покинуто много лет назад.
Внезапно в рации Сергей услышал сообщение на английском. Сообщение не было по интонации похоже на дежурный обмен информацией, бойца явно что-то заинтересовало или взволновало. Тут же прозвучада команда «Синего»:
- Боевая готовность! Разведгруппа – к осмотру объекта!
Объекта? Какого объекта? Сергей почувствовал легкий толчок. Боевая машина остановилась. Американцы-водители что-то оживленно обсуждали, один из них обернулся к Сергею и сказал на ломанном грузинском:
- Кто-то зря потратился на билеты!
- «Р-1», на выход! «Р-1», на выход! – затрещал в динамике Крайтон.
