- Все, дорогой! Что видела, рассказала! А больше от меня не жди!
Цыганка растворилась в толпе, как будто ее и не было. А Сергей остался стоять, будто громом пораженный, переваривая всю свалившуюся на него информацию.
- Серго, надень противогаз, безумец! – Тенгиз силой натянул на Сергея средство защиты. – Ты что, брат? Гадалке поверил? Они все врут, гадалки.Тем более, здесь! Вот ведьма, гнев божий на нее!
- Нет, Тенгиз. По-моему, она права. Я хочу, чтобы она была права! – Сергей задрожал, голос у него дрогнул.
- Успокойся, брат. – Тенгиз обнял его, похлопал по спине. – Пусть будет так, как ты хочешь! Конечно, жив. А мы, как вернемся, за здравие его свечку поставим.
Стражник, наблюдавший за этой сентимнтальной картиной, только сплюнул, ухмыльнулся. Из дверей притона показался Айрат:
- Эй, заходи, профессор! Бабуа тебя ждет! А вы пока внизу подождите.
Сергей сделал два глубоких вдоха. Еще раз обнял Тенгиза. И шагнул в дверь...
В помещении, освещенном тусклым светом факелов, было накурено так, что хоть вешайся. Игроки с блохой в кармане сновали между столами, где гремели шарики на растресканной рулетке, шуршали самодельные карты из старых газет, гремели какие-то предметы, звенело стекло. Голоса, пьяный смех, плач, визги, стоны и возгласы сливались в одну многоголосую какофонию. Пир во время чумы. Этим людям уже некуда было спешить, не к чему было стремиться. Им оставалось не так много, и они хотели одного, - продлить свое существование за счет своих соседей по несчастью, втоптав их перед смертью в грязь, высосав из них кровь.
Двухэтажное широкое здание напоминало салун из вестерна. Бог его знает, что размещалось здесь раньше. Войдя в двери можно было направиться вверх по деревянной лестнице или пройти в зал, где бушевала всеобщая вакханалия азарта на кладбище душ. На Сергея и Айрата даже не обратили внимания, обернулись, посмотрели и тут же забыли. Все были заняты своим.
Сергей со воим провожатым поднялись по лестнице на второй этаж. Лестница скрипела, шаталась и, казалось, того и гляди, обвалится. А падать с двухметровой высоты уж очень не хотелось.
На втором этаже они попали в коридор с двумя рядами дверей. Было темно, хоть глаз коли. Похоже, раньше это помещение представляло собой широкий зал, но позже здесь поставили деревянные перегородки и разбили широкое помещение на узкие комантки-пеналы.
«Общежитие имени монаха Бертольда Шварца», - подумал Сергей, врезаясь в какой-то массивный металлический предмет, скрытый в полутьме. Пока они шли, Сергей проклял хозяина этого притона, экономящего на освещении. Айрат таких проблем не испытывал, - он-то здесь бывал не в первый раз.
- Он в самой дальней комнате, - шепнул Айрат. – Пошли быстрее.
Внезапно дверь одной из комнат распахнулась. В тусклом прямоугольнике света на пол вывалилось нечто неопределенного пола в разноцветном кружевном белье. Под аккомпонемент страшных ругательств и угроз из комнаты, нечто завизжало и бросилось бежать по коридору, чуть не сбив с ног Айрата. Тот только рыкнул, рубанул воздух прикладом, но по беглецу (или беглянке) не попал. А следом появился, пошатываясь, здоровенный мужичина, абсолютно голый, у которого правая рука была неестественно длиннее левой. Этот жлоб, держащий в руке нехилый тесак, взревел, как паровоз, и бросился в сторону Сергея. Однако, путь его был недалек. Айрат, не отступая, треснул урода по неприкрытому мужскому хозяйству. Рев жлоба превратился в фальцет, он опустился на четвереньки, кряхтя и ругаясь. Айрат поддал болезному хорошего пинка по голой заднице и предложил идти дальше.
У самой крайне двери они остановились. Здесь было совсем темно. Айратн на ощупь нашел ручку двери, вежливо постучал в дверь.
Ответа не последовало.
Тогда Айрат нажал на ручку, отворил в дверь, осторожно, боком, вошел внутрь. И тут же вздрогнул, вскинул вверх руки.
- Бабуа, не шути так! Это я, Айрат! Я по делу. Опусти ствол!
- Я тебя не звал, - ответили из комнаты.
- Тебя один человек хотел видеть. Путешественник.
- Кто?!
Сергей решил, что пора показаться на глаза невидимому суровому хозяину комнаты. Он, держа на виду руки, осторожно вошел в комнату. Сняв противогаз, вытирая раскрасневшееся лицо, Сергей сказал просто:
- Здравствуйте. Мне сказали, что вы можете меня принять.
Большую часть маленькой комнатушки занимала кровать. Вернее даже, лежанка, сколоченная из почерневших досок и обтянутая дерюгой. На этом ложе почивал очень серьезный человек, который сейчас, опершись на локоть, целился в гостей из «Taktikal».
