Цветы осени полностью

Неделя проходила за неделей, но Луи по-прежнему ни о чем ее не спрашивал. Жюльетта все чаще отлучалась из дома, чтобы навестить Пьера и продолжить прерванный почти полвека назад разговор. Она не лгала и не пряталась — просто сказала Луи, что случайно встретила старинного друга и они с удовольствием вспоминают молодость.

— Ты его помнишь?

— Нет.

Луи испытал такое облегчение, узнав, что ничем не болен, так наслаждался мыслью, что еще очень долго ничто не нарушит привычного порядка его жизни, что ни за что на свете не покусился бы на счастье другого человека. Жюльетта выглядела счастливой, у нее был кокетливый вид, она даже напевала, моя окна, а их в доме было целых двенадцать! У Жюльетты даже появилась новая привычка, которую Луи находил очаровательной: забыв о бережливости, она покупала к полднику миндальное печенье с шоколадом.

Анна осталась в Бель-Иле. Луи так ничего и не узнал о попытке Жюльетты отослать девочку к родителям. Она часто подсаживалась к внучке и делилась с ней своими секретами, вертя у нее перед глазами прозрачный шар, и тогда маленькие снежинки мягко опускались на Венецианскую колокольню. Этот шар каким-то загадочным образом появился среди игрушек малышки, а запасы подарочной бумаги ее бабушки пополнились розовой оберткой с зеленым бантом.

Если верить местным старожилам, такой холодной весны в Бель-Иле испокон веков не было. Туристов на острове совсем мало, дома стоят закрытыми. А мы вот приехали на пасхальные каникулы. Никакое другое место нам не по карману — на папину месячную зарплату мы могли бы разве что снять на неделю номер в заштатной гостинице. Мне скучно, как всегда на отдыхе. Я взяла с собой несколько книг, но мама считает чтение пустой тратой времени и вечно находит предлог, чтобы оторвать меня от этого занятия: сделай то, сделай се, пойди прогуляйся. И я решила, что отправлюсь на прогулку… навсегда.

Говорят, молодые беззаботны, потому что у них вся жизнь впереди. Мне восемнадцать лет, а я уже чувствую себя старой — через два года мне стукнет двадцать! Я знаю, что все упущенные возможности упущены навсегда, то, чего не пережил сегодня, завтра уже не переживешь.

У меня есть деньги. Спасибо маме, которая постоянно призывает к бережливости, — за несколько лет я отложила кругленькую сумму. Завтра утром сяду на первый паром до Киберона, а оттуда уеду в Париж, но в столице не останусь. Послезавтра, в этот самый час, я стану одной из француженок, ахающих от восторга на площади Святого Марка в Венеции!