Я застукала мужа со своей младшей сестрой и пыталась убежать от самой себя, но, похоже, попала в лапы к сильному и безжалостному хищнику. Настоящему цыганскому барону. И теперь я не знаю, что он сделает со мной…Самое время для горячих романов. Бескомпромиссных и страстных. Нежных и сладких. Как любовь цыгана.
Еду сквозь дождь и ночную мглу, не разбирая дороги.
Перед глазами стоит эта отвратительная сцена.
Я никогда не смогу её забыть.
Почему я уехала, так и не дав понять, что я всё видела?!
Почему сбежала из собственного дома?!
Ответов нет.
И сейчас я наматываю бесконечные круги по кольцу, несясь на бешеной скорости, как будто этот бесконечный полёт сможет решить все мои проблемы. Сможет стереть из памяти то, что я не должна была видеть.
Зачем я вообще приехала домой раньше, без предупреждения?! Я ведь прекрасно знаю, как мой муж ненавидит сюрпризы. Так сильно, что я со временем перестала их для него устраивать.
Всё чётко по плану, как и вся наша размеренная и упорядоченная жизнь: дом, карьера, машины, командировки, путешествия. Дети? Дети подождут. Ведь дети – это сплошные сюрпризы и неожиданности, а мой Миша к ним ещё не готов.
Как и я была, оказывается, совершенно не готова я ко всему этому.
Дождь в лобовое стекло, яркие алые стоп-сигналы впереди. Резкий звук тормозов, меня бросает на руль от резкой остановки или от той картины.
Я захожу домой после очередной командировки, оставляю чемодан на пороге и в мои уши бьёт моя любимая мелодия. Наша с Мишей любимая мелодия. Gypsy Kings. Как странно, что мы с ним одновременно всегда любили их песни. Я иду, словно продираясь, сквозь узкий длинный тёмный коридор, прямо на звуки нашего
Где спиной ко мне стоит мой муж.
Совершенно голый.
Я помню его татуировку на плече. King. С маленькой короной над буквой
Его голые, поблёскивающие в слабом свете ягодицы ритмично двигаются взад и вперёд, вдалбливая, вбивая его тело между ног. Чьих-то женских ног, на которых болтаются туфли на высоченных каблуках.
Как странно, что первое, что проносится у меня в голове, как титры в замедленной съемке:
А трахаться, а трахаться на таких каблучищах можно?!
Вот тебе и бамболео. Мать его…
И пока я стою в проёме двери, совершенно ошарашенная увиденным, задница моего драгоценного муженька всё так же продолжает двигаться в ритме зажигательного танца.
И слова моей любимой песни теперь смешиваются со стонами владелицы этих ног на каблуках, возможно проститутки, и со стонами моего Миши. Громкими и отвратительными стонами.
Да боже ж ты мой, когда они закончат?!
Но нет, сил у них явно хватить надолго. На очень долго. Заканчивается
По-прежнему не переставая сладострастно стонать. Практически перекрикивая стоны этой драной кошки. Да ни за что не поверю, что ей это всё так нравится! Да и вообще, как кому-то может нравится анальный секс?!
И вот теперь я еду и начинаю обвинять себя во всем. Что так редко занималась со своим мужем сексом. Особенно оральным. Он ведь его так любит. Вернее, если быть точными, так любит, когда делают минет ему. Сам он никогда не удосуживался ублажить меня язычком, разве только на заре наших с ним отношений.
Ну хорошо, может быть, мне надо было с ним заниматься анальным сексом? Я же никогда этого ему не позволяла! Вот и подтолкнула бедного голодного котика на путь супружеской измены!
Сама виновата!
Что?!
Да ты хоть слышишь свои мысли со стороны, Ева?! Сама виновата?!
В том, что твой законный муж именно в этот момент трахает какую-то бабищу в сочную задницу?! На твоей же постели? И в твоей же спальне?!
В квартире, за которую ты выплачиваешь грёбаную ипотеку?!
Экономишь на салонах красоты, педикюре, маникюре, и этих самых долбанных итальянских туфлях на каблучищах?!
Да что со мной такое?!
Снова шквальный ветер с брызгами в лобовое стекло, бешеный ритм дворников, в одном ритме с сердцем, и я снова обгоняю очередное авто, с неразрешённой скоростью мчащееся по трассе. Чего я хочу? Разбиться насмерть?
Или навсегда стереть это всё из памяти?
Пока не знаю…
Потому что моя услужливая память снова подкидывает мне эпизод, и следующий кадр проносится у меня в голове.
Мой муж. Мой Миша. Говорит эти слова. Вот это я точно никогда не смогу забыть. Они навсегда врезались в мою память.
– Люблю тебя. Обожаю, – перекрикивая её яростные стоны, вдруг произносит он.
Что?! Когда я сама слышала от него в последний раз эти слова?!
– Моя сладкая девочка, Катюша, – бормочет он, впечатывая всего себя в её задницу, и я наконец-то понимаю, почему я всё ещё стою как вкопанная, рассматривая эту сцену. Потому что мой мозг отказывается просто поверить в реальность происходящего.
Катюша.
Моя родная сестра.
Младшая сестрёнка.
Второй курс института. Восемнадцать лет.
У нас ведь с ней такая большая разница в возрасте.
«Ты ей как мама», – всю жизнь вдалбливали мне мои родители. «Ты должна заботиться о ней и помогать».
