Бет совершенно выбилась из сил и не могла говорить. Она пришла в ужас, узнав, что Джек слышал о том, что между ней и Джоном что-то было. Хотя ей следовало этого ожидать, поскольку новости в Доусоне распространялись с огромной скоростью.
Хижина Джека, как и хижина Оза, была построена из необработанного дерева, но она была больше, не такая старая и была сделана на совесть.
— Можешь спать на кровати, — сказал Джек, помешивая угли в печи и подбрасывая туда дрова. — У меня есть раскладушка.
— Что ты слышал обо мне и о Фаллоне? — спросила Бет, сидя на маленьком стульчике.
Джек пожал плечами.
— Только то, что ты начала с ним встречаться, но мне было грустно оттого, что ты не сообщила мне об этом в своих письмах.
— А ты сообщаешь мне о каждой новой женщине в своей жизни? — парировала Бет.
— Я бы сообщил, если бы встретил кого-то особенного.
— Что ж, Фаллон не был особенным. Это просто… — Она запнулась, не зная как объяснить, что это был просто секс, не говоря об этом прямо.
— Увлечение? — подсказал Джек.
— Да, и не более того.
Он понимающе кивнул.
— Кто разорвал отношения первым?
Ей оставалось только рассказать, как все это было. Описывая поведение Джона после пожара, она рассмеялась.
— О, Джек, это было так странно! Я никогда не видела в нем святошу, и когда он начал рассказывать о том, что нужно отвернуться от зла и что Доусон — это как Содом и Гоморра, я не могла сдержаться.
Джек тоже рассмеялся.
— Иногда мне кажется, что самые странные люди в конце концов оседают в Доусоне. Я всегда считал Фаллона немного странным. Он приходил в «Самородок» и, пока ты играла, заказывал всего лишь одну порцию выпивки. Кажется, у него не было друзей, он никогда не играл в азартные игры. Я не понимал, что привело его на Клондайк, как не понимал, почему он купил «Монте-Карло».
— Он никогда не говорил, почему это сделал. — Бет пожала плечами. — Но теперь, когда я думаю об этом, я понимаю, что мы и говорили-то не слишком часто. В то утро он назвал меня шлюхой. Джек, разве это не ужасно? Но, думаю, я сама заварила эту кашу.
Джек подошел к стульчику, на котором она сидела, и опустился рядом с ней на колени. Глаза его были полны понимания.
— Я хотел бы завтра поехать в Доусон и сделать из Фаллона отбивную, но это только даст почву для сплетен. Он заслуживает жалости, если не видит разницы между женщиной, которая отдается по доброй воле, и той, что требует платы за свои услуги. Не мучай себя, Бет, а просто учти на будущее: ты по-прежнему самая красивая девушка из всех, кого я знаю, мой лучший друг и лучшая скрипачка. Так что, как я понимаю, это лишь слегка задело твою гордость.
— Мне не следовало встречаться с женатым мужчиной, — сказала она грустно. — Это было
— Слушай, не надо строить из себя святошу. — Джек засмеялся и поднялся на ноги, стащив ее со стула. — Давай я покажу тебе, чем я здесь занимаюсь, прежде чем стемнеет, а вечером мы напьемся в стельку, чтобы отпраздновать твое прибытие на Бонанзу.
Джек отвел ее на пятьдесят метров от хижины. И предупредил, что следует обходить любые выемки в снегу, потому что под ними скрывались выкопанные им ямы. Он объяснил, в чем состояла его работа.
— Глубже метра земля здесь остается мерзлой даже летом, — сказал он. — Так что я копаю, сколько могу, а потом развожу в яме костер. Огонь растапливает лед, и на следующий день я лопатой выбрасываю из ямы грязь. Именно так здесь появились все эти кучи.
Он показал на большие прикрытые снегом насыпи, а также на одну свежую, которой он занимался в момент ее приезда.
— Такие насыпи называются отвалами.
Джек смахнул снег с длинного желоба с поперечинами на дне.
— Это желоб для промывания породы, и когда наступит оттепель, я буду бросать лопатой землю из отвала в желоб, а затем промывать его водой. Вся грязь и песок уйдут с водой, и, если мне повезет, на дне желоба я найду золото.
— И отдашь его Озу? — спросила Бет.
— Нет, если найду золото здесь. Я в доле на эту часть участка и не платил за это денег. Наша договоренность заключается в следующем: часть дня я работаю для него внизу, и все, что я найду там, принадлежит ему. Взамен я получаю этот участок.
Бет кивнула.
— Так ты нашел золото?
— Пока нет, я смогу найти его только тогда, когда начну промывку. Возможно, я его и вовсе не найду. Но за последние два года Оз намыл много золота. Если бы он хотел, он мог бы продать этот участок за большие деньги.
Бет улыбнулась. С самого приезда в Доусон она слышала много фантастических историй о том, как заявки на участки вдоль Бонанзы и Эльдорадо переходят от владельца к владельцу за ошеломляющие суммы. Многие из тех, кто изначально владел участками, теперь имели отели и салуны в Доусоне или вернулись на Большую землю очень богатыми людьми.
И все же было много старожилов, которые, как и Оз, не стали продавать землю. Они продолжали жить в своих простых хижинах, время от времени выезжая в город, чтобы спустить значительную часть своего золота, а затем возвращались в хижину и начинали все сначала.
