Мир вокруг поменялся. И это уже был не тот искусственный мир, который я пыталась создать, заключив Союз между драконами и людьми. Это был естественный мир, достигнутый по доброй воле, без принуждения.
Много домов было поломано, но гостеприимные соседи звали пожить в свои сохранившиеся дома друг друга и помогали восстанавливать разрушенные дома или строить новые. Школа в поселении, к счастью, сохранилась, и моя дочь, Шушанна, пошла учиться туда. После случая с великанами, я позвала дочь поговорить, и она, расплакавшись, рассказав о том, как надо ней издевались в драконей школе. Я предложила ей перейти в другую, человеческую, и она согласилась.
После спасения драконами людей, первые стали героями в глазах вторых. Поэтому то, что у Шушанны оба родителя драконы, в цыганской школе встретили не просто нормально, а даже с почтением и уважением.
Бабушка Сарра, поменяв своё мнение о драконах, даже, ко всеобщему удивлению, переехала в Город драконов, превратившись в драконшу. Она использовала то же заклинание, что в свое время я- постоянного превращения в дракона. Говорят, что Смиль миллион раз попросил у нее прощения, и они примерились и поженились. У драконов можно иметь две жены, если все трое согласны на это. Шуша была не против. Хотя я бы точно такое не позволила! Наверное, все таки что-то человеческое внутри меня осталось.
С Горицей мы снова стали дружить и общаться, после большого перерыва. Кроме того, мы породнились: наши дети, Уншш и Вайолка, уже почти как год, как поженились и вот-вот ждали пополнения в семье.
Уншш управлял и людьми, и драконами, как и до этого, и жил с женой в таборе, построив большой дом с двум входами: с одной стороны для семьи Яника, с другой — для своей.
Мы с Крилем по-прежнему жили в пещере, но уже не так весело, как раньше. Каждую ночь меня мучили эти ужасные кошмары.
Сегодня мне снова приснился страшный сон. Если раньше каждый раз я думала, что это реальность, то теперь ясно понимала, что вижу сон и попыталась спасти брата просто чтобы понять, возможно ли это в принципе было сделать: подлететь к великану раньше Уншша, самой подхватить дочку когтями за одежду сзади, потом победить чудовище, даже если портал уже захлопнулся... Но я понимала, что с забинтованными ногами схватить я дочку не могу, скинуть ее на землю с такой высоты тоже: это было бы равноценно убийству.
Я опять беспомощно кружила во сне вокруг закрывшегося портала и орала, а потом сама же проснулась от своего крика посреди ночи, в нашей с Крилем пещере.
— Опять тот же сон? — Скорее констатировал, чем спрашивал муж. — Дорогая, ты ничего сделать не могла! Ты итак помогла табору в битве с великанами. Ты не можешь проконтролировать всё!
— Но. Я. Должна. Была. Его спасти! — Проговорила я каждое слово отдельно.
— Он сам выбрал этот способ, никто не знает, почему. Честно, это больше было похоже на самоубийство....
— Мой брат не самоубийца! Он- герой.
— Извини... Но ты ни в чем не виновата. Ты итак спасла его уже один раз. Такова судьба...
— Мне неинтересна судьба! Я сама решаю, как мне жить!!! И управляю своей жизнью! — Выпалила я.
Криль, почувствовав, что спорить со мной бесполезно, просто пододвинулся ближе и укутал меня своими крыльями.
— Мы давно не устраивали Парный Полет, с тех самых пор, как все это произошло...-Ласково намекнул он, целуя меня в щеку.
— Мне сейчас точно не до этого, — резко ответила я и сама выбежала из пещеры полетать над лесом.
Криль привык, что всякий раз, после очередного кошмара, я улетаю проветриться и успокоиться.
И сегодня ночью я летала над землей и корила судьбу, себя, даже Барона-Младшего за его выходку! Из меня так и перекипала злость и обида, и захотелось что-то поджечь. Моей жертвой оказалось маленькое одиноко стоящее деревце, которое я подпалила, как щепку, одним легким выдохом. Потом смотрела, как медленно оно горит, и наслаждалась этим. Впервые вся грусть, которая была во мне, выплеснулась наружу, и стало легче. Затоптав тлеющий пень задними лапами, я со спокойной душой вернулась домой и легла спать в гнездо, рядом с сопящим Крилем, обняв его лапой.
На следующий вечер я прилетела в гости к Горице, и мы засиделись с ней до позднего вечера, вспоминая наше детство и то, какими мы были наивными. Она поделилась со мной, что сначала воображала замужество, как сказочную и прекрасную жизнь, но после свадьбы попала будто в ад, но сейчас Яник изменился и любит и уважает ее.
— Что, у него нет теперь никаких недостатков? — Усмехнулась я.
— Есть, он не разрешает мне завести дома котенка, хотя я так мечтаю! Он почему-то панически боится кошек, — развела руками подруга.
Я не стала говорить ей, почему. У всех должны быть свои маленькие секреты!
— Однако, уже очень поздно! — Удивлённо сообщила подруга, посмотрев на часы. — Может, ты останешься тут ночевать?
— Хорошо, тогда мы сможем посидеть поболтать еще часок, — улыбнулась я, стараясь не подавать вида, как я боюсь идти спать, ожидая, какие сны мне приснятся снова.