Незваный гость – хуже кота, который сбросил на пол все ваши чашки. В дом Татьяны Сергеевой совершенно неожиданно приехал родственник свекрови и с ходу начал грузить домочадцев своими проблемами со здоровьем. Татьяна решила побыстрее сбежать на работу, знакомиться с новыми сотрудниками. Но не успела как следует со всеми поговорить, как в офис вошла женщина, еле стоящая на ногах. Варвара Николаева узнала, что ее муж не отец их общего сына. Анализ ДНК свидетельствует об адюльтере, но женщина никогда не изменяла супругу! Этого просто не может быть. Варвара просит сыщиков разгадать эту загадку. Татьяна отправляет в лабораторию Варвару, и выясняется, что Николаева не мать мальчика! Значит, была подмена ребенка, и, скорее всего, в роддоме. Сыщики выходят на Августу Давинчи, та ухаживала за младенцем в клинике. Сергеева назначает ей встречу в кафе, Давинчи соглашается, но за несколько минут до встречи Августу насмерть сбивает мотоциклист. Ниточка обрывается. Но Николаева требует довести дело до конца. Сергеева докапывается до истины, и разгадка шокирует ее. Ведь один из членов этой семейки оказался коварной змеёй, готовой на любые преступления.Дарья Донцова – самый популярный и востребованный автор в нашей стране, любимица миллионов читателей. В России продано более 200 миллионов экземпляров ее книг.Ее творчество наполняет сердца и души светом, оптимизмом, радостью, уверенностью в завтрашнем дне!«Донцова невероятная работяга! Я не знаю ни одного другого писателя, который столько работал бы. Я отношусь к ней с уважением, как к образцу писательского трудолюбия. Женщины нуждаются в психологической поддержке и получают ее от Донцовой. Я и сама в свое время прочла несколько романов Донцовой. Ее читают очень разные люди. И очень занятые бизнес-леди, чтобы на время выключить голову, и домохозяйки, у которых есть перерыв 15-20 минут между отвести-забрать детей». – Галина Юзефович, литературный критик.
Оформление серии В. Щербакова
Иллюстрация на переплете В. Остапенко
Незваный гость – хуже кота, который сбросил на пол все ваши чашки.
– Когда тебя угощают, следует есть то, что на столе. Если хозяйка щедрая и добрая, ей приятно видеть, как гость уплетает за обе щеки. Если хозяйка жадная, то так ей и надо, – сообщил полный мужчина и потянулся к вазочке с вареньем.
– Кит, не уверена, что следует класть джем в кашу после того, как посыпал ее сахарным песком, – улыбнулась Рина.
– Знаешь, тетя, геркулес по вкусу как вата, – скривился Никита, – поэтому пришлось слегка подсластить, чтобы не давиться гадостью.
Я быстро встала и пошла на кухню, громко сказав:
– Что-то кофейку захотелось…
Бодрящий напиток я никогда не пью, но желание стукнуть Никиту Сергеевича Попова чем-нибудь потяжелее оказалось таким мощным, что я предпочла удрать из-за стола.
– «Не давиться гадостью»! – зашипела Надежда Михайловна Бровкина, стоявшая у мойки. – Нет, ты слышала? Отборный, самый лучший натуральный овес, не расплющенное нечто, которое в пачки насыпают! Езжу за ним на другой конец Москвы, варю на настоящем молоке, не на бурде, что в пакеты наливают! А этот хмырь недоволен! Когда он наконец уедет?
– Интересный вопрос, – пробормотала я, – наверное, ответ на него даже Рине неизвестен.
– Что ты о Никите знаешь? – зашептала Бровкина.
– Он родственник папы Ивана, – так же тихо ответила я, – приехал из провинции, чтобы пройти обследование. В городе, где он живет, нет хороших специалистов. Он уже посетил гастроэнтеролога, кардиолога, сдал анализы. Оба доктора ему дали один совет: похудеть килограммов эдак на двадцать пять, записаться на фитнес. Сегодня он вроде собирался к дантисту – хочет сделать нормальное протезирование.
– Вроде все его кусалки на месте, – возразила Надежда, – белые, как унитаз!
– Они съемные, на крючках, неудобные. Импланты намного лучше, – объяснила я.
– Спору нет, если хорошо сделаны, то с ними, как с родными зубками, – согласилась Бровкина. – Сама такие поставила и очень довольна. Единственное, что не радует, – цена. И теперь новый вопрос: за чей счет дядька собрался свой рот оснастить имплантами, превратить его в Санкт-Петербург? Ты видела, в какой одежде он приехал?
– Ну, – протянула я, – брюки, рубашка, ботинки. И при чем тут Санкт-Петербург?
– Все мятое, грязное! – не успокаивалась Надежда. – Ботинки! Всегда смотрю, какая обувь у мужика. Если не чищена, то данный представитель человеческого рода не имеет шансов, что я на него внимание обращу! А Питер весь в мостах, прямо как пасть Никиты… Спасибо, Танюша!
– За что? – удивилась я.
– Теперь знаю, с какой целью этот не пришей кобыле хвост к Рине прикатил, – нахмурилась Надя. – Понимаю, что он у нас надолго поселился.
– Я ничего не говорила, просто объяснила его планы, – быстро уточнила я.
– Да ясно все, – засмеялась наша помощница по хозяйству. – Никита хочет одеться, обуться, получить новые зубы, вылечить все болезни, купить квартиру, удачно жениться, устроиться на работу с большим окладом, приобрести машину и дачу.
– Разве я так сказала? – заморгала я.
– Нет, я просто сделала правильный вывод из твоих слов, – объяснила Надежда. – А с какого бока он родня?
– Вроде у отца Ивана Никифоровича есть сестра, она почти на целую жизнь младше его.
– М-да, – буркнула Бровкина, – безумная Катя.
– Безумная Катя? Больная?
– На всю голову, – усмехнулась Надежда Михайловна. – Выходила замуж десять раз. И почти в каждом браке рожала ребенка.
Я села на табуретку.
– Забавно.
– Да уж. От очередного супруга Катя удирала, когда младенец начинал сидеть.
– В смысле удирала?
– А какой тебе смысл нужен? – всплеснула руками рассказчица. – Давным-давно Катя как-то раз к нам прикатила. Сказала Рине, что хочет Москву посмотреть. Полгода жила, окрутила Виктора, сына Розалии Петровны со второго этажа. Витя с Катей уехали, а через год парень к маме примчался, с младенцем! Екатерина в очередной раз свой любимый финт исполнила, смылась невесть куда. Правда, письмо оставила. Добуквенно послание не помню, но суть перескажу: «Новорожденный уже подрос. Я не способна со взрослым отпрыском жить – становится плохо при мысли, что подрастает тот, кто мне могилу на кладбище рыть будет. Прощай, Витя. Вот тебе заявление на развод». – Бровкина на секунду замолчала. – Как тебе такое?
– Ну… есть разные способы предохранения, – забормотала я, – может, она о них не слышала…
Надежда воздела руки к потолку.
– Если учесть, сколько Катька нарожала, то на рытье могилки много времени не потратится. Каждому в руки по лопатке – за пару минут управятся. Ты дальше слушай! Розалия примчалась к Рине с младенцем, скандал закатила, истерику устроила.
– А при чем тут Рина?
Я в очередной раз не поняла ситуацию.
– Катя ее родственница, – покраснела Надя, – значит, Рине следует подкидыша воспитывать! И вообще, Розалия согласия на брак сына не давала.
– Ну и ну, – только и смогла выдавить я.
