Когда батей по документам становится ведьмак со стажем, невольно подстраиваешься под его стиль жизни, перенимаешь в свой лексикон новые словечки и учишься постоять за себя. Выбора нет. И Гарри с этим согласен.
========== Цыпленок ==========
— Геральт, ты серьезно? — раздраженно всплескивает руками Йеннифер.
Ведьмак хмурится только сильнее, не понимая ее праведного гнева. Да что он такого плохого сказал? Наоборот же, из лучших побуждений все делает! Как, впрочем, и всегда. Беда в том, что Йеннифер его определенно в этом решении не поддерживает.
— А что такого? — не понимает он. — Это же благородно…
— Благородно?! — пуще прежнего взрывается она. — Дитя-неожиданности тебе было недостаточно?! Ты что, издеваешься?!
Цири закатывает глаза, стоя со скрещенными руками неподалеку. Девушка воспринимает новость куда спокойнее. Теперь ей не придется одной огребать от других ведьмаков на тренировках, а это уже что-то. Геральт хмыкает.
— Ты же все равно не поверишь, если я скажу, что нет, — спокойно глядя ей в глаза, отзывается мужчина.
Йеннифер почти рычит и, сжав в кулаки руки, уходит из палатки, громко топая ногами. Геральт спокойным взглядом провожает эту искрящуюся фурию, а затем оборачивается назад, слегка улыбаясь.
— Не напугала она тебя? — спрашивает Геральт.
Нескладный подросток выходит из своего укрытия и хмурится, скрещивая на груди руки. Линзы круглых очков поблескивают в свете языков пламени, шрам в виде молнии в который раз привлекает внимание ведьмака.
Парнишка уже боевые шрамы получил. С этим точно можно работать.
— Не из пугливых, — фыркает он, глядя на своего опекуна исподлобья.
Гарри и рад бы сразу шипы выпустить, да только бугай этот седовласый получше Дурслей будет, как ни крути. Вот он и присматривается к чужаку все пристальнее и внимательнее. Кто знает, может, и найдут они общий язык.
Геральт хмыкает, сверкнув глазами.
— С боевыми знаком? — все еще изучает он поведение своего подопечного.
Гарри опускает руки вдоль тела и даже слегка теряется.
— Заклинаниями? — слегка запинается он. — Нет, я же только второй курс закончил…
Геральт звонко хохочет, чем пугает Гарри до дрожью под коленками. Ведьмак поднимается с места и, схватив меч в ножнах, бросает его мальчишке в руки. Гарри едва удается поймать и удержать его, даже ноги подкашиваются.
— До заклинаний и эликсиров моих ты не дорос еще, Малец, — произносит Геральт строгим голосом.
— Я — Гарри… — многозначительно поднимает он палец вверх.
— Нет, ты — Цыпленок, — фыркает Цири, наблюдая за всей этой картиной.
Геральт одобрительно кивает и похлопывает девушку по плечу, после чего снова оборачивается к Гарри.
— Слушай старшую сестру, — слегка кивает он. — Цири все тебе здесь покажет. Это лето ты не скоро забудешь.
Гарри таращит глаза, когда к нему с диковатой ухмылкой идет беловолосая «сестренка», которая прекрасно понимает, что у нее полностью развязаны руки.
— Добро пожаловать в семью, Цыпленок, — схватив его за шиворот, улыбается Цири. — Сейчас познакомлю тебя с тренировками в Каэр Морхене.
Геральт был прав, Гарри это понял уже через несколько часов.
Не скоро он сможет забыть это лето, да и его мышцы тоже. Гильдия ведьмаков воспринимает Цыпленка сначала скептически, и Гарри не может сначала никак повлиять на их мнение. Он слабый, маленький и щуплый.
Это даже сердце Йеннифер растопить не может, хотя все думали, что получится. Цири только фыркает, когда в который раз поднимает братишку с постели в несусветную рань и тащит на пробежку по «Мучильне». Гарри не сопротивляется. Спотыкается, падает, но не бросает попыток стать лучше.
Он набивает себе шишки, разбивает в кровь руки, постоянно получает ушибы, но не отчаивается. Ламберт учит Гарри фехтованию, Кайон тренирует физически, а Эскель дает только пару уроков акробатики, потому что в этом мальчишка совершенный профан.
Со временем труды Гарри вознаграждаются.
Он уже не сидит за обедом один, ведьмаки зовут его к себе, с утра пораньше он просыпается раньше Цириллы и пугает ее, выпрыгивая из шкафа, на что девчонка редко, но искренне смеется. Йеннифер даже в один из ужинов смягчается и протягивает Гарри тарелку пюре, на мгновение коснувшись темных волос на макушке ладонью.
Геральт лукаво смотрит на нее, но ничего не говорит, а Йеннифер лишь демонстративно фыркает на его взгляд.
За лето Гарри становится действительно Гарри, а не Цыпленком, обретает настоящую семью, подтягивается, набирает мышечную массу и запоминает десятки грязных словечек в свой лексикон от ведьмаков и Цириллы. От нее особенно.
Так что в последний день лета Геральт почти с удовольствием отправляет сына в Хогвартс, заранее предчувствуя, что гневных писем от преподавателей не миновать.
— Гарри, я не пойму, ты что-то принимал или как? — округляет глаза Невилл, когда Гарри садится рядом с ним на лавку.
Большой Зал гудит ульем, и снова в центре внимания избранный волшебник, да только не по той роковой причине, что о нем пророчество сложено. Девчонки со всех факультетов шушукаются, мол, Гарри так изменился за лето, вы посмотрите!
Грейнджер морщится и не понимает, о чем они говорят. Гарри как Гарри, чего бубнят-то все?
— Гарри, друг, признавайся, это ты так к квиддичу готовился все лето, да? — заговорщически склоняется к нему Симус, сверкнув глазами.
