Р' 1950 г., руководством РћРљР' А.Н. Туполева перед бригадой проектов, была поставлена задача выбрать такие значения площади крыла, массы самолета и тяги двигателей, при которых самолет имел Р±С‹ следующие летные и тактические данные: бомбовая нагрузка -нормальная – 6000 кг максимальная – 12 000 кг; вооружение – по проекту самолета В«86В»; экипаж – шесть человек; максимальная скорость на СѓСЂРѕРІРЅРµ земли – 950 км/С‡; практический потолок – 12 000 -13 000 м; дальность полета с нормальной Р±РѕРјР±РѕРІРѕР№ нагрузкой – 7500 км; разбег без ускорителей – 1800 м: разбег с ускорителем – 1000 м; пробег – 900 м; время набора 10 000 м – 23 мин. Работы по проекту получили по РћРљР' шифр В«494В» (четвертый проект 1949 г.). Р
Война в воздухе №26
Военно-техническая серия Выпускается Кировским обществом Любителей военной техники и моделизма ЛР №071697 от 03.07.98 Ответственный за выпуск: Сергеев П. Н. © Сергеев П. Н., 2000 г.
Отпечатано в типографии №1 г. Киров, ул. Авиационная, 14 Тираж: 300 экз.
Опыт войны в Корее в 1950-1951 гг. показал, что американские поршневые бомбардировщики Б-29 оказались практически беззащитными и понесли огромные потери от реактивных истребителей МиГ-15. Командование ВВС США вынуждено было перевести эти дальние тяжелые бомбардировщики в Корее исключительно на ночную работу. Больше того, ВВС США исходя из корейского опыта были вынуждены отказаться от дальнейшего развития и серийной постройки «сверхбомбардировщиков» «Конвэр» Б-36 с шестью поршневыми двигателями из-за того, что тяжелая авиация с поршневыми двигателями к 1950-1951 гг. оказалась чрезвычайно уязвимой для реактивных истребителей, обладавших почти двукратным превосходством в скорости над тяжелыми бомбардировщиками.
Подобные же выводы были сделаны и в СССР. Решений задачи уменьшения уязвимости дальних стратегических бомбардировщиков от истребительной авиации противника было принципиально два. Первое заключалось в уменьшении уязвимости уже существовавших стратегических самолетов Ту-85 с поршневыми двигателями путем их использования в сложных метеоусловиях и ночью, а так же путем усовершенствования их бортового оборонительного вооружения (автоматизации прицеливания, обеспечение ведения огня в условиях отсутствие визуальной видимости). При этом остро вставал вопрос о новых более эффективных средствах автономной навигации, в том числе астрономической и радиоастрономической. Однако, несмотря на все перечисленные выше мероприятия, этот путь не гарантировал коренного уменьшения уязвимости дальних стратегических бомбардировщиков при наличии современных радиотехнических средств обнаружения самолетов и всепогодных истребителей перехватчиков.
Второе решение состояло в резком увеличении скоростей и высот полета при сохранявшихся требованиях к величинам боевой нагрузки и дальности полета. Это решение состояло в применении в тяжелом самолетостроении турбореактивных и турбовинтовых двигателей (ТДР и ТВД) и новых аэродинамических схем.
С гордостью за советскую авиационную мысль надо сказать, что внедрение в советскую бомбардировочную авиацию реактивного двигателя началось значительно раньше, чем в поршневой авиации дальнего действия наметился кризис 1950-1951 гг. Еще в конце 1946г. конструкторским коллективам, возглавляемым А.Н.Туполевым (ОКБ-156) С.В.Ильюшиным (ОКБ-240) были поручены работы над реактивным бомбардировщиком ближнего действия. Соревнование этих КБ закончилось победой Ильюшина – в 1949 году был принят на вооружение и запущен в массовое производство сразу на трех крупнейших авиационных заводах его очень удачный фронтовой реактивный бомбардировщик Ил-28. После этого успеха ему же было поручено задание на проектирование дальнего реактивного бомбардировщика – Ил-46.
Работы по данной тематике давно велись и в ОКБ-156, но теперь Туполеву необходимо было создавать самолет с более высокими тактико-техническими характеристиками чем у соперника.
