-- Тут дело не в суеверии церковников. Вообще-то они люди прагматичные, и могли бы разрешить летать, если бы крылья появились в Европе. Но это невозможно. Серебряную Птицу можно запустить только с катапульты, а значит, чтобы наладить сообщение по воздуху, необходимо покрыть страну сетью таких катапульт. Даже зная все секреты, они у себя такого не сделают по той же причине, по которой они не могут сделать себе водопровод. При их безответственности и воровстве все средства, выделенные на сколько-нибудь крупный проект, неизбежно теряются и разворовываются. А вот уничтожить запретный город, чтобы мы не смогли обрести сообщение по воздуху, они вполне могут. Если они узнают его точное расположение, мы должны будем перенести его куда-то вглубь страны, чтобы они не могли пересечь Анды со стороны Амазонии. Но дело это очень дорогое и хлопотное, согласия на перемещение скорее всего не дадут если не будет точно известно, что христиане знают всё... а если они ещё и про зеркала прознали, то дело совсем скверно.
-- Но ведь у христиан тоже есть зеркала! -- удивилась Заря.
-- Да, есть, и потому они поначалу не догадывались, для чего нам так нужен секрет их изготовления. Они думают, что перед ними только прихорашиваться можно или украшать ими стены, но один наш амаута додумался до куда более интересного их применения. Давным давно, когда предки нынешних европейцев не были христианами, был у них один очень известный амаута, искусный в вычислениях. Так вот, когда его город осаждали враги, он создал из зеркал такую конструкцию, чтобы обращать солнечный свет в огонь и жечь их корабли. Правда, судьба его печальна, враги всё же ворвались в его родной город, убили его, и с его смертью были утрачены многие знания, в том числе и секрет этих конструкций. Однако когда один наш амаута прочитал эту историю, он примерно понял, как такие штуки должны выглядеть, и создал из имевшихся в наличии медных пластин образец... Когда у нас будут делать свои зеркала, можно будет защитить ими побережье, и вообще куда меньше использовать дрова, чем мы делали это до сих пор, а то у нас были серьёзные опасения, что леса могут закончиться лет через 50.... Так вот, уже через несколько месяцев зеркалами будет оснащено всё Побережье. В мирное время их будут использовать как печки в кузницах и для тому подобных нужд, но... если бы белые люди напали, ничего не зная про эти зеркала, то это был бы сюрприз... Ещё перед Великой Войной один белый негодяй цинично сравнивал наше беззащитное побережье с девичьей юбкой, которую ничего не стоит задрать, но теперь они обнаружат там шипы... Но раз они знают про эти шипы заранее, то примут меры, и это будет не столь действенно. Хотел бы я посмотреть на того негодяя, который всё разболтал, ведь это может обойтись в тысячи жизней!
-- Но может, Андреас не знает про зеркала, а под машинами, сжигающими всё огнём, имел в виду просто плод чьих-то фантазий? Они же про нас совсем порой ерунду выдумывают.
-- Хорошо, если так, однако мой опыт говорит об обратном. Если Андреас заикался об этом, то это скорее всего говорит об утечке... Может, конечно, ещё не всё пропало, если Андреас не вынесет эту тайну из города, но надежды на это немного...
Инти замолк, а Заря с грустью подумала о том, что у неё шипов под юбкой не оказалось. Пусть теперь уже всё зажило, и никаких последствий не наступило, но всё таки мысль, что она больше не девушка, неприятно саднила. Впрочем, как-то стыдно было страдать на эту тему рядом с Инти, который в своей жизни хлебнул горя и унижений никак не меньше её, а скорее всего, гораздо больше.
-- А кто в городе мог знать про зеркала? -- спросила она.
-- Формально -- никто. Даже наместнику об этом должны были сообщить только через месяц, но... могли сболтнуть и гораздо раньше. Без злого умысла, просто по небрежности. И также по небрежности могли проболтаться о крыльях... Но наместника проще всего подозревать, потому что я убеждён, что он -- враг, но ведь сказать мог и кто-то другой! Нужно проверять всех из тех, кто посвящён, не имеют ли они родственников или близких друзей в Тумбесе... муторно, но другого пути нет, если только тебе не улыбнётся удача.
-- А Ветерок может знать?
-- Он мог подслушать обрывки разговоров, но важные детали он знать не должен, если только не лазал по моим документам в тайне от меня. Я очень надеюсь, что до такого он ещё не дошёл, или я буду вынужден... нет, об этом думать пока рано.
Заря ничего не ответила, только смотрела на Инти с ужасом и состраданием. Она слишком хорошо понимала, что он не договорил. Если виновник разглашения тайны Ветерок, то его придётся отдать под суд, который приговорит юношу к золотым рудникам, а то и к смерти. И на Инти преступление сына ляжет несмываемым позором... Потом она всё же решилась сказать:
-- Инти, вскоре после крещения Ветерок говорил мне, что... если твои люди будут причинять христианам вред, то он их выдаст... Он многих знает?
