– Да. Послушайте, у меня были эти олухи из полиции Западного Йоркшира, и они сказали мне, что не работают с вами. Это правда?
Ему понравилось, что она сразу перешла к делу.
– На их взгляд, участие мое или кого-то из тех, с кем Шэз непосредственно сотрудничала в последнее время, нарушило бы стройность их концепции, – съязвил он.
– Жопы, – в ее голосе ясно слышалось отвращение. – Они ни хрена не петрят, простите за грубое выражение. Значит, если я правильно понимаю, вы ведете свое расследование?
Как будто тебя припечатали к стене чем-то очень тяжелым, подумал Тони.
– Да, конечно, мне бы очень хотелось видеть убийцу Шэз за решеткой, – попытался он увернуться.
– И что вы для этого делаете?
– А почему вы спрашиваете? – ответил он вопросом на вопрос.
– Чтобы узнать, не нужна ли вам лишняя пара рук, конечно! – сердито воскликнул голос. – Шэз была замечательной девчонкой и обещала стать классным полицейским. А теперь то ли это Джеко Вэнс прихлопнул ее, из-за чего – мы не знаем, то ли это сделал кто-то другой. Как ни крути, начинать-то все равно от его дверей, разве нет?
– Вы совершенно правы, – сдался Тони. Теперь он знал, что чувствует под катком асфальт.
– И у вас это дело в работе?
– Можно так сказать.
Она мелодраматически вздохнула:
– Тогда, если можно так сказать, я готова помочь. Что от меня требуется?
Тони быстро соображал.
– Я слегка стопорюсь на том, что касается Вэнса и его жены. Мне бы добыть что-то такое, что помогло бы… ну вбить клин между ними, что ли.
– Например, что Мики Морган – на самом деле лесбиянка?
– Именно. Что-то в этом роде.
– Думаете, этого недостаточно? – спросила Крис.
– А что, это правда? Она фыркнула:
– Еще бы не правда. Они так здорово запрятались, как два пальто в платяном шкафу – не подкопаешься, но они – розовые, факт.
– Розовые?
– Сто процентов. Она с Бетси снюхалась бог знает с каких времен. Еще до знакомства с Джеко.
– Бетси Торн? Ее личный помощник?
– Помощник! Чушь собачья. Любовница – так будет вернее. Со своей бывшей у Бетси был маленький бизнес – обслуживание обедов, свадеб и так далее. Потом она встретила Мики Морган – и все, прости-прощай, любимая, В прежние деньки, бывало, они захаживали в парочку заведений, известных в узком кругу. Потом вдруг пропали, а тут – здравствуйте пожалуйста: Мики-то у нас, оказывается, сердечная подруга Джеко Вэнса. Но Бетси-то никуда не делась. Видите ли, Мики тогда в гору пошла, и прошел слух, что газетчики собираются вылить на нее ушат помоев – разгласить, что она лесбиянка.
– Откуда вам все это известно? – еле выговорил Тони.
– А как вы думаете? Господи! Да лет двенадцать, ну пятнадцать назад вы бы часа не продержались в нашей компании, если бы кто-то что-то узнал. Обычно мы ходили в одни и те же места. Такие заведения, где мы все были в одной лодке, так что никому не было смысла никого продавать. Можете поверить мне на слово: кого бы Джеко Вэнс ни трахал, это не его жена. Скажу больше, именно это навело меня на мысль, что Шэз, возможно, права.
– Вы говорили об этом Шэз?
– Я и думать забыла про Мики Морган. А вспомнила только после того, как договорилась о встрече. Я хотела ввести Шэз в курс дела, когда она позвонит мне, чтобы рассказать, как у нее прошло с Джеко. Но вот нет, не представилось мне такой возможности. Ну что, узнали для себя что-то полезное?
– Крис, это просто чудо. Вы сами – чудо.
– Так все говорят, детка. Так пригодится вам моя помощь или как?
– Думаю, уже пригодилась.
Когда Кэрол вошла в свои владения, вся троица была уже в сборе – расселась по своим местам. От окна в комнату тянулась тонкая струйка дыма от сигареты, которую Ли держал в руках. Она догадалась, что курение у нее в комнате должно было послужить вызовом. Но хотя сама Кэрол никогда не курила – а может быть, именно поэтому, – слабый запах сигаретного дыма редко когда мог вывести ее из равновесия. Она нашла в себе силы улыбнуться и постаралась не рухнуть в кресло, едва коснувшись его задницей.
– Итак, что мы наработали?
Томми Тэйлор удобно утвердил левую щиколотку на правом колене и поглубже уселся в кресло. Кэрол подумала, что такие позы чреваты будущими болями в пояснице. Небрежным движением он шлепнул ей на стол папку с делом. От резкого толчка несколько листков выскочили, и края их теперь торчали наружу из папки.
– Мы больше знаем об их финансах, чем их жены.
– Если то, что я слышала о йоркширцах, правда, знаете вы не очень много, – парировала Кэрол.
Томми и Ли Уайтбред усмехнулись. Лицо Ди Эрншоу ни на йоту не утратило своей суровости.
– Черт возьми, мэм, такие высказывания попахивают сексизмом, – заметил Ли.
– Можете подать на меня в суд. Итак, что у нас есть?
– Все – тут, в папке, – сказал Томми, ткнув в ее сторону большим пальцем.
– Изложите самое главное.
– Ди! – окликнул Томми. – Ты у нас мастер рассказывать.
Ди расцепила сложенные на груди руки и сунула их в карманы оливково-зеленого пиджака с таким видом, словно готова вот-вот взорваться.
