Тугая струна полностью

Пока он сидел, пытаясь хоть что-то сообразить, слушая стук крови в ушах, пара огней, включенных на полную мощность, наползла сзади и перегородила узкую дорогу, лишив его возможности развернуться. Медленно, очень медленно Вэнс снял ногу с тормоза, и «лендровер» мягко покатился вниз, к дому. Огни сдвинулись с места и последовали за ним на манер конвоя. Подъехав ближе, он увидел вторую машину, поставленную сразу за воротами так, чтобы нельзя было проехать мимо.

Вэнс подъезжал к своему владению. Страх ледяной хваткой стиснул желудок, заставляя еще больше сосредоточиться. Когда колеса перестали вертеться, он выпрыгнул из машины – воплощение хозяйского гнева – и подскочил прямо к молодому чернокожему парню, стоявшему у дверей дома.

– Какого черта тут происходит? – требовательно бросил Вэнс.

– Боюсь, мне придется попросить вас подождать снаружи, сэр, – вежливо ответил Леон.

– О чем это вы? Это мой дом. Здесь было ограбление? А вы кто такой, черт возьми?

– Детектив-констебль Леон Джексон, лондонская полиция, – он протянул свое удостоверение.

Вэнс включил свое обаяние:

– Далековато вы забрались.

– Ведем расследование, сэр. Куда оно только нас не заводит в нашу эпоху электронных коммуникаций и скоростных магистралей – просто диву даешься. – Леон говорил бесстрастным тоном, но при этом не спускал глаз с Вэнса.

– Послушайте, вы, очевидно, знаете, кто я. Вы знаете, что это мой дом. Неужели нельзя, по крайней мере, сказать, что происходит?

Просигналила машина, и Вэнс обернулся. Автомобиль, съехав по склону, остановился, перегородив дорогу в противоположном направлении. Он оказался в ловушке. Господи, остается лишь надеяться, что девчонка мертва.

Из машины вышел еще один молодой парень и пошел к ним по гравиевой дорожке.

– Вы тоже из лондонской полиции? – спросил Вэнс, заставив себя придерживаться все той же профессионально обольстительной интонации.

– Нет, – отозвался Саймон, – я из Стратклайда.

– Из Стратклайда? – Вэнс на мгновение растерялся. Пару лет назад он привозил сюда одну из Лондона, но из Шотландии никогда никого не брал. Терпеть не мог шотландский акцент. Этот выговор напоминал ему о Джимми Линдене и обо всем, что было с ним связано. Так что если этот коп из Шотландии, то не по поводу девчонок. Все еще образуется, сказал он себе. Он как-нибудь вывернется.

– Да, сэр. Мы с констеблем Джексоном занимались разными сторонами одного и того же дела. Мы как раз находились в этом районе, когда проезжавший мимо автомобилист сообщил, что в этот дом проникли посторонние. Мы решили, что лучше будет съездить посмотреть.

– Это очень похвально, детективы. Я могу зайти и сам проверить – вдруг что-то сломано или пропало?

Он хотел прошмыгнуть мимо Леона, но полицейский оказался проворнее. Он протянул руку, преграждая путь Вэнсу, и покачал головой:

– Боюсь, нет, сэр. Ведь это – место, где произошло преступление. Мы должны быть уверены, что все останется в неприкосновенности.

– Преступление? Да о чем, в конце концов, вы толкуете? – Беспокойство, старайся изобразить беспокойство, предостерег он себя. Это твой дом, ты – ни в чем не повинный человек, и ты хочешь знать, что произошло на твоей территории.

– Боюсь, здесь имела место смерть при невыясненных обстоятельствах, – холодно ответил Саймон.

Джеко заставил себя сделать движение, которое должно было означать невольный шаг назад, и закрыл руками лицо, чтобы полицейские, не дай Бог, не заметили, какое облегчение принесли ему эти слова. Она мертва, аллилуйя. Мертвая никогда не сможет дать показаний. Он пришлепнул к лицу выражение крайней тревоги и отнял руки.

– Но это ужасно. Смерть? Здесь? Но кто… Каким образом? Это мой дом. Кроме меня, тут никто не бывает. Откуда тут могло взяться мертвое тело?

– Вот это мы и пытаемся выяснить, сэр, – парировал Леон.

– Но кто это? Взломщик? Да?

– Мы не думаем, что это взломщик, – Саймон пытался сдержать бешенство, рвавшееся наружу в присутствии человека, который убил Шэз и теперь старался сделать вид, что не имеет отношения к гниющему месиву в его подвале.

– Но… единственный человек, у кого есть ключи, – это миссис Эллиот. Дорин Эллиот из Дин-Коттедж. Вы же не хотите сказать… Это же не она?

– Нет, сэр. Миссис Эллиот жива и здорова. Это миссис Эллиот впустила нас в дом и позволила его осмотреть. Одна из наших коллег отвезла ее домой.

В том, как чернокожий коп сказал это, не сводя с него глаз, было что-то, что заставило Вэнса заволноваться. За произнесенными словами ясно и недвусмысленно слышалось предупреждение, что первая линия его обороны смята. Дело было не в противозаконном проникновении в жилище и расследовании по этому поводу.

– Слава Богу. Кто же это?

– Не надо строить догадок, сэр.

– Но вы можете, по крайней мере, сказать: мужчина это или женщина?

Губы Саймона скривились. Он больше не мог сдерживаться.

– Как будто вы сами не знаете, – от презрения и злобы его голос звучал хрипло. – Думаете, у нас головы пониже спины?

И он отвернулся, сжав кулаки.