— Итак, господа, — обратился Балдсарре к двум обнаженным пиратам, подвешенным под потолок. — Времени у нас много, поэтому я буду вас спрашивать о деталях, а вы мне станете рассказывать. Как я прошу — в деталях. О всем, что знаете. О друзьях-товарищах. О набеге. О том, где сейчас остальные и чем они собираются заняться. Ну и все, что только в голову вам прийдет. Чем больше вы расскажете, тем легче вам будет. Причем спрашивать я буду по очереди, то одного, то другого. И кто будет петь без запинки, тот будет счастлив. А если кто вздумает головой страдать и что подзабудет, так мои ребята вам быстро память на место вернут.
— Господин, господин! Так мы же со всей душой! Вы только скажите, мы же запираться и не будем! — заверещал бывший вожак пиратов, извиваясь и блестя мокрым от пота телом.
— Я и говорю, что все без утайки и расскажете.
— Так пытать-то зачем! Мы же!..
— А вот чтобы не врали. А то знаю я вас, умников. Как сами хуторян на куски рвете, золото все ищете, так это вам в радость. А когда вас потчуют тем же и вдосталь, так и обижаться вздумали… Ну что же, начнем пожалуй… Пятки обоим поджарить. Но чуть-чуть, лишь чтобы поняли, что все у нас серьезно. По разочку, для разговорчивости.
Почувствовав запах паленого мяса, Марко побледнел и вылетел из комнаты в коридор. Переждав дикие вопли пленников, Балдсарре лишь вздохнул:
— Это тебе не сеном вместо целебных трав торговать. Это правда жизни, как она есть… — Покосившись на замершего в углу писаря, любитель перстней и расшитых камзолов наколол на вилку кусок рыбы и скомандовал: — Начнем, пожалуй. Итак, как вас зовут…
Вечером конфигурация камней на карте изменилась. Насвистывая фривольную песенку, Балдсарре постукивал лезвием обнаженного кинжала по веренице чужих островов и делился своими мыслями с бледным помощником:
— Значит, сбежали ублюдки. Только этих принесло к нам ветрами. А остальные хапнули, до чего руки дотянулись, и домой… Вот сюда, сюда и сюда. Кстати, даже схемы удалось начертить. Боцман у пиратского капитана во многих местах бывал. Посмотрел, что от старшего осталось и только успевал листы углем пачкать… И вся эта вольница через месяц хочет ударить уже вот здесь. Место точно пока не выбрано, но планы такие звучали.
— Так еще передумать могут и не раз.
— Могут. Но тут два важных момента есть. Во-первых, удар будет всем флотом, сразу. Соседи считают, что это нападение заставит нас рассредоточить силы для охраны границы от мелких групп. Именно поэтому новый набег будет в узкой полосе, чтобы пробить хлипкую оборону. И во-вторых, выбраны для грабежа вот эти районы. Даже если они пойдут не на север, а вот к этим островам, все равно доминирующие ветра их поволокут здесь. Вот у нас скопление скал, мимо которых осенью проходят основные потоки. А значит, если мы за месяц успеем подготовиться, то все шансы на то, чтобы ударить по всей своре сразу, а не ловить их мелкие группы по хуторам. Одним ударом, как мы и хотели…
— Значит, мне послать весточку господину с Туманных провалов?
— Да. И добавь, что если у него какие-то трудности с выполнением обещания, то я наберу головорезов и оружие у соседей, у того же Барба. И мне плевать, насколько это кому-либо понравится или нет. Это мои земли, я здесь живу. И я хочу их защитить раз и навсегда. Потому что, как ты сам говорил, именно тот человек, который спасет Южный Арис, станет кандидатом на объединение всех наемников под одним флагом. И этим человеком буду я.
Выскочившая из-за последних домов конница набрала ход и понеслась по деревенской улице. Всадники ожесточенно рубили заметавшихся между ними «сыроедов», не давая тем возможности удрать во дворы или сбиться в общую кучу. Кровавая волна прокатилась мимо покосившихся плетней и вывалилась на пыльную площадь, где стоял чужой драккар. Подловив еще одного бедолагу, вперевалку бежавшего к сходням, конники промчались мимо и исчезли за ярко пылавшими торговыми рядами. Когда спохватившиеся охранники метнулись к бортам со взведенными арбалетами, стрелять было уже не в кого.
— Кто проспал мерзавцев, где охрана?! — бешенным медведем орал вожак ватаги, попутно раздавая оплеухи каждому, кто подвернется под тяжелую руку. — Я же приказал выставить дозоры и не спать! Что, все за бабами разбежались, барахло собирать? Ублюдки!
Бросив грабеж, ватага спешно стягивалась к кораблю, собирая убитых и раненных. Можно было сказать, что отделались на удивление легко, потеряли всего шестерых и еще двое будут таскать руки на перевязи, неудачно отбив топорами и мечами чужие клинки. Будь конных чуть больше, они вполне могли бы выбить половину врагов, а то и сам драккар в дымящее кострище превратить.
— Это же ополченцы, явно с соседнего городишки подтянулись в разведку, — предположил кормчий, успевший во время заварухи вовремя укрыться под скамьей у сложенных парусов. Теперь хотелось как-то оправдаться перед глазами сотоварищей. — Здесь до ближайшего леса минут десять скакать, если не больше. Ветер хороший, легко нагоним. И сверху как кур перестреляем. Если не всех, то хоть с частью поквитаться можем.
