Наемники обрушились на пиратов подобно урагану. Огненные стрелы засыпали расположенные ниже чужие лодки. Галеоны щедро раздавали поднятые из трюмов гостинцы. Лучники расцвечивали дымными росчерками хмурое небо, россыпая огненные цветки вокруг. А замершая цепь окружение медленно пошла наверх, чтобы оттуда уже перехватывать совместным обстрелом каждого, кто попытается бежать. Бойня у каменных скал повторялась снова, но уже не у границ Ариса, а на восточных островах графств. И не успели пираты сообразить, что же в самом деле происходит, как первые из них уже посыпались на крыши замершей внизу Атьензы.
— Уходим! — заверещал Торелла, разом покрывшись холодным потом. Да что же это такое?! Как не примерит адмиральские погоны, как не возглавит большой флот — так обязательно напорется на это черное чудовище, сбивающее окружающие корабли один за другим! — Уходи…
Затрещала палуба, медленно проваливаясь вниз, а затем купленная у соседей шхуна хлопнула белыми парусами и ухнула на встречу твердой земле. Счастливчик еще успел сорвать голос в безумном крике, пока падал следом с двух тысяч локтей. Но спастись он уже не мог. А следом за бывшим предводителем пиратов чуть позже огненными комками полетели и другие, закончив свою яркую жизнь раскаленными кометами.
Флот Балдсарре потерял в этой битве примерно четверть лодок. Но прорваться из мешка удалось буквально пяти чужим баркасам. Остальные были уничтожены: разрушены чудовищным артефактом или сожжены стрелками. Еще неделю все восточные острова архипеллага грабили, выгребая все, до чего могли дотянуться загребущие руки. Чужые склады выпотрошили, города и поселки прочесали мелким гребнем. Скот, продовольствие и товары вывезли, возместив понесенные потери. А уходя, все крупные поселения еще и спалили вместе с крепостями. И Балдсарре получил неофициальное прозвище Карающий. Которое ему так понравилось, что он приказал на свой герб добавить горящий факел, чтобы все помнили, с кем имеют дело.
Затянувшаяся необъявленная война между Южными Графствами и Арисом закончилась.
Серая тень прошла мимо холма и повернула в сторону засыпанного снегом поля. Там, покачиваясь над натянутым канатом, висел драккар, на палубе которого ровными шеренгами за высокими щитами застыли соломенные чучела в нахлобученных шлемах. Легкая шхуна чуть подобрала паруса и прошла в пятидесяти шагах от застывшего противника. Борт раскрасило клубами дыма, до стоявшей на холме Ледяной Ведьмы долетели отзвуки выстрелов. Вновь распустив белоснежные крылья, атаковавший корабль начал подниматься, покинув место тренировочного боя.
— Что там видно? — поинтересовался Фамп-Винодел, отщипывая от куска вяленого мяса кусочек.
— Хочешь подняться и проверить? — удивилась Алрекера, опуская подзорную трубу, закупленную помощником в Туманных провалах.
— Нет, всю неделю одно и то же. Но — вдруг что-то новенькое будет.
— Будет. Но чуть позже. А с драккаром все кончено. Даже в стекляшку видно, что на палубе мешанина. Были бы люди, выгребали бы сейчас мешки с костям… Страшную штуку все же подарили нам Брокк и Ругир. Нет больше честных схваток лицом к лицу. У кого «громыхатель», тот и прав.
Скрипнув снегом, рядом остановился главный оружейник «сыроедов». Улыбнулся, оторвал себе кусок мяса у недовольно засопевшего купца и возразил Ведьме:
— Так было всегда. Кто-то ходил с булыжником, а сосед лупил его дубиной. Потом все бегали с дубинами, а самый хитрый уже тыкал в пузо мечом. А потом издалека расстреливал из луков… Мы закончили, фру. С сорока шагов держит залп шрапнели. С полусотни легкие ядра. И, насколько я знаю, у Барба пока нет тяжелых «громыхателей». Значит, мы сможем в одиночку выстоять против любой эскадры.
— Можем?
Нутт лишь показал пальцем на черное пятно, медленно увеличивающееся в размерах.
— Против ветра. На половинной скорости, может еще быстрее. Считай, что это атака на флагмана.
В переделанном корпусе с трудом угадывался галеон. Одетый в серые железные листы, без мачт, с яростно вращавшимися позади широкими лопастями воздушных винтов — он казался чужеродной скалой, вопреки всем законам местного мира поднявшейся в воздух. Пролетая мимо иссеченного шрапнелью драккара, монстр чуть довернул и приподнял заслонки с батарейных портов. Громыхнул тяжелый залп и выпущенные в упор ядра разметали на щепки противника. Заскрипев кормовыми рулями, бронированный корабль изменил курс, распахнул люки в днище и начал сыпать вниз булыжники, изображая борбардировку чужой крепости. Освободившись от тяжелого груза, туша поднялась вверх, чтобы там вернуться на обратный курс.
— Огневиков надо еще готовить, но уже сейчас мы способны стрелять с одного борта в пять минут. Десять «громыхателей» на каждой стороне. Ругир показал как мастерить зажигательные ядра или с цепями, чтобы рвать такеллаж. Пять подарков достаточно для шхуны или барка. Все десять отправят на болота галеон. Любой галеон, если вздумает тягаться с нами.
— А уничтожив их корабли, тут же спалить и крепость. Одним ударом…
— Именно. Затем высадка — и город твой.
