Скопления астероидов, так же как и кометы, движутся по своим орбитам за миллиарды километров от солнца. Никому нет дела до этих безжизненных кусков камня; порода астероидов бедна ископаемыми, они холодны, лишены атмосфер, а их эксплуатация не оправдывает затрат на доставку сюда какой-либо техники.
В таком вот пустынном, забытом богом и людьми месте, неподалеку от темного скопления астероидных глыб, и произошло непредвиденное событие.
В темном пространстве внезапно появился проблеск света. Мертвенное, призрачное сияние озарило мрачные глыбы камня, заискрившись в прожилках вкраплений льда.
Небольшой космический корабль всплывал из гиперсферы. Его контур материализовался в трехмерном континууме, затем, затмевая бледное сияние, полыхнула короткая, яркая вспышка, и космос опять погрузился во мрак.
Корабль некоторое время летел по инерции, сближаясь с роем астероидов. Наконец, когда бесформенные обломки камня уже окружили его, заработали двигатели коррекции, освещая мрачные, уродливые трещины бездонных каньонов, которые покрывали ближайшую к кораблю каменную глыбу, и на поверхности астероида в стробоскопических вспышках двигателей ориентации внезапно обозначился покатый герметичный купол, подле которого по всем правилам был пришвартован транспорт с эмблемой Земных Транссистемных линий…
Покинув борт угнанного патрульного корабля, Вадим десантировался на астероид, воспользовавшись ранцевыми двигателями скафандра.
Ему было отлично известно и про купол, и про пришвартованный рядом корабль. На поверхности астероида располагалась одна из организованных Покровским резервных точек, предназначенная для нештатного возвращения агентов. Здесь Вадим мог немного отдохнуть, отправить сигнал о своем прибытии в систему и воспользоваться транспортом для легального возвращения на Землю. Бортовому компьютеру угнанного корабля он ввел команду на самоуничтожение.
…Спустя две недели пилот транспортного корабля Андрей Желехов, оформив все положенные документы, сдал груз, который действительно присутствовал на борту, и покинул таможенный зал космопорта, расположенного в экваториальной части африканского континента.
Покровский уже знал о его прибытии и должен был ждать Вадима в оговоренном заранее месте, на одной из оборудованных для подобных встреч конспиративных квартир.
Во время короткого перелета до центра бывшей Евразии, контур которой сильно изменился из-за обмелевших океанов, Вадим успел привести в порядок мысли, морально готовясь к предстоящему докладу.
Он уже пришел к твердому убеждению, что нельзя отдавать генералу информацию просто так, без встречных объяснений.
Выйдя из автоматического такси за несколько сот метров до нужного ему обшарпанного подъезда в квартале старых, наполовину опустевших небоскребов, он еще минут десять блуждал по переходам и уровням прилегающих зданий, проверяясь на предмет возможной слежки. Убедившись в ее отсутствии, Вадим наконец поднялся на нужный этаж и остановился перед обычной, ничем не примечательной дверью квартиры.
Он уже однажды бывал тут и знал, что вместо кнопки звонка установлена пластина сканера, к которой следует приложить палец. В квартире было оборудовано несколько запасных выходов, и в случае неподтверждения генетического кода посетителя Покровский бы попросту ушел без шума и риска, оставив непрошеного гостя перед запертыми дверьми обычной необитаемой квартиры.
Вадим надавил на пластину сканера, но искра индикатора на панели активации дверей по-прежнему оставалась красной.
Он удивленно посмотрел на нее, ощутив беспокойство, но в этот миг индикационный сигнал сменился на зеленый, сухо щелкнул электрозамок, и дверь приоткрылась, словно приглашая войти.
Покровский ждал его, стоя у зашторенного окна.
Услышав шаги, он повернул голову.
— Вадим! Ну наконец-то!
Генерал шагнул навстречу Полуэктову, обнял его.
«Черт… Никогда не замечал за Покровским таких сентиментальных порывов…»
Мысль была здравой, тревожной, но несколько запоздалой.
Вадим внезапно ощутил укол в область шеи, и сознание крутанулось, мгновенно погружаясь в липкую бездну небытия.
Многотонная плита мягко скользнула в сторону, открывая узкий проход.
В обстановке подземного антирадиационного убежища не чувствовалось дыхания времени — тут мало что изменилось, с тех пор как Земля воевала со Свободными Колониями.
Покровский кивнул дежурившему у дверей офицеру, прошел вдоль коридора, на секунду задержался подле сканирующего устройства, установленного на входе в модуль спецопераций.
Дверь открылась, и он вошел внутрь.
Вадим Полуэктов лежал, пристегнутый ремнями к жесткому пластиковому одру исследовательского медицинского комплекса. Сверху его накрывал прозрачный, едва заметный колпак.
Навстречу генералу из-за компьютерного терминала торопливо поднялся сотрудник лаборатории, но Покровский жестом остановил его порыв.
— Работайте, — буркнул он, подойдя к ложу диагностического комплекса.
