========== Глава двадцатая ==========
Николас осторожно огляделся и лишь потом полностью выбрался на крышу. Здесь, в тишине, можно подумать обо всем.
Снег, мягко кружась, падал на притихший город, а холодный ветер спешил пробраться под одежду и выстудить тепло.
Картер стряхнул снег с любимого кресла и, плюхнувшись в него, устало вздохнул. Глаза сами обратились к небу, а мысли неспешно выстраивались в ряды логических цепочек.
Первым фактом было то, что, кроме людей, существует ещё множество созданий, лишь приблизительно человеческого типа. Так же, есть те, кто уничтожают их. Одна странность, когда Тайлер говорил о том, что не все могут быть опасными преступниками, чтобы творить геноцид, сам Николас поддержал больше Кроссмана. Хотя, если подумать, вполне возможно, что он сталкивался с теми существами и, не отличив их от людей, нормально общался. Может, даже это был кто-то из его близких, или, может, любовницы и любовники. Была ведь одна немножко странная дамочка, но ведь и людей таких много. Кто-то верит в колдовство и пытается воззвать к неким силам, кто-то ищет старые обряды и пытается применить их на себе или людях. Пока дело не доходит до правонарушений, их не трогают. Безобидные психи, что с ними поделаешь. В конце концов, никто же не может наказать человека и не только за то, что он бегает по лесам или жжет травы и приносит в жертву животных. Пока дело не коснется членовредительства, хулиганства или убийства, полиция не имеет права вмешиваться. Подумаешь, сидит в квартире и молится неизвестному богу. Ведь религий много, даже если она выдуманная, нельзя это считать преступлением. Или бегает по глухим лесам, прикрывшись фиговым листочком, пока не увидят, тоже нельзя наказать. Но и то, это максимум будет хулиганство. Встретиться бы с этим Антихристом, ну или на худой конец с Небиа и Сашилом, может, хоть что-то прояснится.
-Голову ломаешь, потомок? – раздался веселый голос прямо над левым ухом.
Николас едва не выпрыгнул из кресла от неожиданности. Повернувшись, он узрел Фаэрлинка, который стоял, оперевшись на спинку кресла.
-Могу ответить на пару вопросов, – Асмодей тряхнул волосами и, обойдя кресло, создал свое из сплетенных веток.
-Ты все же мой предок, ничем иным твое обращение я не могу объяснить.
-Верно, – легкомысленно ответил Фаэрлинк, – Нимфас меня котом называет. Гулянки, секс, веселье - все это важная часть моей жизни.
-Как и воровство.
-Ну, одно другому не мешает, скорее даже первое неплохое подспорье для второго. Один раз, правда, неудачно вляпался. Выследил шикарное бриллиантовое колье, узнал код от сейфа, знал, как блокировать охранку, и то, что хозяева уедут на три недели в отпуск. Полез на третий день, а в доме какой-то безумный маньяк развлекался с хозяевами. Крови по колено было, а уж ловушек… – Асмодей вздохнул и потер щеку. – Теперь татуировкой шрам прячу – лезвием полоснуло, когда выбирался. Девочку, правда, жалко, я уже выбрался из дома, обернулся, а она в окне на третьем этаже, в стекло стучится, но вернутся я не мог.
-Но ты же можешь использовать свои силы.
Фаэрлинк провел рукой по волосам.
-Это было зимой, чем ближе холода, тем я слабее. Я мог выбраться сам, или вытащить ребенка, третьего не дано. Можно назвать меня трусом, но мне хочется жить, и желательно хорошо.
-Хорошо, с этим я понял, теперь можно поподробнее о нашем родстве.
-А что говорить, – пожал плечами Асмодей, – случайно встретил красивую чернокожую девушку, был обвенчан с ней, и в итоге родился очередной ребенок. Супруга была шокирована тем, что ребенок абсолютно белый, но тогда были трудные времена, и она решила, что мальчику будет легче влиться в нормальное общество. Через 15 лет её казнили за похищение белокожего ребенка. Никто не захотел слушать «ложь» черни. Так я освободился от брака и спокойно свалил в другую страну. Своих потомков я чувствую, но не отношусь к ним с родительской трепетностью.
-Несмотря на то, что ты прямо никого не убивал, судя по твоим рассказам, убивали из-за тебя. Все же ты виновен, пусть и косвенно.
-Мне все равно, – хмыкнул Асмодей, поправляя наушники и посильнее закутываясь в длинный теплый плащ, – я полуэльф, и моя жизнь, и природа важнее короткоживущих людей. Кстати, тебе-то грех жаловаться, из-за моей крови все потомки очень долго живут, и к тому же процесс старения замедляется. Конечно, через три-четыре поколения эффект вымоется, но и чернокожих ждать не следует. На тебе уже заметно вырождение, гетерохромия не возникает на пустом месте. Только если ты найдешь ещё одного моего потомка женского пола, кровь можно будет сохранить и продлить род.
-Оно мне надо? – приподнял брови Николас.
-Понятия не имею, – зевнул полуэльф, – просто говорю. Ладно, ты, кажется, интересуешься нечеловеческими созданиями. Я прав?
-Да. Все ли они убийцы?
