На этот раз королева спала крепко, без снов. Проснувшись, Гвенвифар почувствовала, что у нее пересохло во рту, и осознала, что вот уже целые сутки сидит в этих пустых грязных покоях. Ее терзали голод и жажда, ее мутило от здешнего зловония – а вонью теперь тянуло не только от прелой соломы, но и из угла, который ей пришлось использовать под отхожее место. Сколько они собираются держать ее здесь? Время шло. У Гвенвифар не осталось больше ни сил, ни мужества – она не могла даже молиться.
А не было ли это наказанием за ее прегрешения, к которым сама она была слишком снисходительна? Да, она была Артуру верной женой, но все-таки продолжала желать другого мужчину. Она воспользовалась чародейством Моргейны.
Но даже если Моргейна при помощи своих чар увидит, что королева в плену, захочет ли она помочь ей? У Моргейны нет никаких причин любить ее; Моргейна почти наверняка презирает ее.
Есть ли на свете хоть один человек, которому она дорога? Будет ли хоть кого-то волновать ее судьба?
Лишь после полудня со стороны лестницы донеслись шаги. Гвенвифар вскочила и, закутавшись в плащ, попятилась. Легко сдвинув сундук, вошел Мелеагрант, и при его виде Гвенвифар отступила еще дальше.
– Как ты смеешь так обращаться со мной? – негодующе спросила она. – Где моя служанка, мой паж, мой дворецкий? Что ты сделал с моими спутниками? Неужели ты думаешь, что Артур позволит тебе править этой страной после того, как ты так оскорбил его королеву?!
– Ты больше не его королева, – невозмутимо заявил Мелеагрант. – Когда я разберусь с тобой, он тебя уже не получит. В давние дни, леди, супруг королевы был королем. Если я завладею тобой и получу от тебя сыновей, никто не посмеет оспаривать мое право на трон.
– Ты не получишь от меня сыновей, – с безрадостным смехом отозвалась Гвенвифар. – Я бесплодна.
– Ха! Ты была замужем за безбородым мальчишкой! – сказал Мелеагрант и добавил еще несколько слов, которых Гвенвифар не поняла, почувствовав лишь, что это было нечто невыразимо грязное.
– Артур убьет тебя, – сказала она.
– Пусть попробует. Напасть на остров куда труднее, чем ты думаешь, – отозвался Мелеагрант, – да к тому времени, возможно, он не захочет и пытаться – ведь ему пришлось бы забирать тебя…
– Я не могу выйти за тебя замуж. Я уже замужем.
– Моим людям нет до этого дела, – сказал Мелеагрант. – Многих раздражала власть священников, и я вышвырнул отсюда всех священников до последнего! Я правлю по старым законам, и я стану королем по этому закону – а он говорит, что здесь должен править твой муж…
– Нет! – прошептала Гвенвифар и попятилась, но Мелеагрант одним прыжком оказался рядом и притянул королеву к себе.
– Ты не в моем вкусе, – грубо сказал он. – Тощая, уродливая, бледная девка. Мне нравятся женщины, у которых есть за что подержаться. Но ты – дочка старика Леодегранса, если только твоя мать не была похрабрее, чем я о ней думаю. А потому… – и он сжал Гвенвифар своими ручищами. Королева принялась вырываться и, освободив руку, с силой ударила его по лицу.
Она попала локтем по носу Мелеагранту; Мелеагрант взревел, схватил ее за руку и встряхнул; затем он ударил Гвенвифар кулаком в челюсть. Что-то лязгнуло, и Гвенвифар почувствовала во рту вкус крови. Мелеагрант ударил ее еще раз и еще; Гвенвифар вскинула руки, пытаясь заслониться, но удары сыпались градом.
– Сука! – проорал он. – Ты у меня узнаешь, кто твой господин…
Он схватил Гвенвифар за запястье и вывернул ей руку.
– Ох, нет, нет… пожалуйста, не надо… Артур, Артур убьет тебя…
В ответ Мелеагрант лишь грязно выругался, швырнул Гвенвифар на кровать и, опустившись на колени рядом с ней, принялся стягивать с себя одежду. Гвенвифар завизжала и принялась извиваться; Мелеагрант еще раз ударил ее, и Гвенвифар застыла, скорчившись в углу кровати.
– Снимай платье! – приказал Мелеагрант.
– Нет! – крикнула Гвенвифар, пытаясь поплотнее прижать к себе свои одежды. Мелеагрант снова выкрутил ей руку и, удерживая Гвенвифар в таком положении, неспешно разорвал ей платье от ворота до талии.
– Ну так как, снимешь ты его или порвать его на тряпки?
