Туманы Авалона. Том 1 полностью

– В этой земле никакому наемному гонцу я бы доверять не стал, госпожа, а нас слишком мало даже для мирных мест – мы для вас не лучшая защита. Ну что ж, пусть так; наверняка до Артуровых людей вести уже дошли.

Грифлет отвернулся – зубы стиснуты, лицо побелело, – и видя, как он рассержен, Гвенвифар с трудом удержалась, чтобы не окликнуть его и не согласиться на все, что он предлагает. «Не трусь», – твердо повторила себе Гвенвифар. Теперь, когда ей предстоит родить королевского наследника, должно ей вести себя так, как подобает королеве, и храбро ехать вперед.

«Если я окажусь в Тинтагеле, а округу заполонят саксы, тогда сидеть мне там до тех пор, пока война не закончится, и в земле опять не воцарится мир, а ведь это, возможно, произойдет не скоро… а если Артур даже не знает, что я беременна, он, чего доброго, оставит меня там на веки вечные. В самом деле, зачем бы ему везти бесплодную королеву в свой новый замок в Камелоте? Надо думать, он прислушается к советам старика-друида, этого своего деда, Талиесина, который ненавидит меня всем сердцем, и откажется от меня ради какой-нибудь женщины, способной рожать ему здорового мальца каждые десять лун или вроде того…

Но, как только Артур узнает, все будет хорошо…»

Гвенвифар казалось, что ледяной ветер, проносящийся над вересковыми нагорьями, пробирает ее до костей. Спустя какое-то время она взмолилась об остановке и попросила подать ей носилки… езда верхом совсем ее растрясла.

Грифлет сердито нахмурился, и мгновение королеве казалось, что он того и гляди позабудет про учтивость и накричит на нее, но рыцарь лишь отдал необходимые распоряжения, и королева, благодаря судьбу, забилась в носилки, радуясь тому, что кони пошли еще медленнее и что задернутый полог закрывает от нее страшное небо.

С наступлением сумерек дождь ненадолго прекратился и проглянуло солнце: стояло оно совсем низко, роняя косые лучи на унылую пустошь.

– Здесь мы встанем лагерем, – объявил Грифлет. – Тут, на равнине, хотя бы видно далеко. А завтра мы доберемся до старой римской дороги – и сможем ехать быстрее. – А затем, понизив голос, сказал что-то прочим рыцарям, чего Гвенвифар не расслышала, однако так и сжалась от страха, зная: Грифлет злится на то, что они вынуждены плестись так медленно. Но ведь всем и каждому известно: быстрая езда верхом для беременной женщины чревата выкидышем; а с ней такое уже приключалось: они что, хотят, чтобы она и на сей раз потеряла Артурова сына?

Спалось королеве в шатре крайне плохо: земля казалась непомерно жесткой для ее хрупкого тела, плащ и одеяла отсырели насквозь, спина ныла: к верховой езде Гвенвифар была непривычна.

Однако спустя какое-то время она все-таки уснула, невзирая на ливень, просачивающийся сквозь ткань шатра. Разбудил ее цокот копыт и резкий, хриплый окрик Грифлета:

– Кто скачет? Стоять!

– Это ты, Грифлет? Я узнаю твой голос, – раздался голос из темноты. – Это Гавейн; я ищу ваш отряд. Королева с вами?

Гвенвифар, набросив плащ поверх ночной рубашки, вышла из шатра.

– Это ты, кузен? Что ты здесь делаешь?

– Я надеялся застать вас еще в монастыре, – отозвался Гавейн, спрыгивая с коня. В темноте за ним маячили еще фигуры: четверо или пятеро Артуровых рыцарей, хотя лиц Гвенвифар не различала. – Раз ты здесь, госпожа, я так понимаю, королева Игрейна покинула земную юдоль…

– Королева испустила дух позапрошлой ночью, – промолвила Гвенвифар. Гавейн вздохнул.

– Что ж, все в воле Божьей. Но земля охвачена войной, госпожа… раз ты здесь и уже проделала большую часть пути, думается мне, должно тебе ехать дальше, в Каэрлеон. Мне, если бы я застал тебя еще в монастыре, было приказано сопроводить тебя и тех сестер, что взыскуют надежного убежища, в замок Тинтагель и наказать тебе оставаться там до тех пор, пока в Британии не воцарится мир.

– А теперь выходит, что съездил ты зря, – не без раздражения отозвалась Гвенвифар, но Гавейн покачал головой.