Туманы Серенгети (ЛП) полностью

— Мы тоже не хотим никаких проблем, — повторил К.К. Он подошёл к Джеку и взял винтовку. Затем поставил подошву своей обуви на лицо Джеку и медленно-медленно, переносил на неё свой вес до тех пор, пока Джек не упал под его давлением.

— Что я хочу, так это чтобы мои сапоги были вылизаны от всего того дерьма, через которое мне пришлось пройти, чтобы найти тебя. Ты видишь это? — он указал на рану на своем лице. — Это от вождя Масаев, который украл мой грузовик. Ты знаешь, что я сделал с ним? Я сломал ему ноги. Мои люди спросили меня: «Почему, К.К.? Почему бы не убить этого ублюдка?», — К.К. потёр пучки волос на своей голове, наклоняя её то в одну, то в другую сторону, словно слушая голоса в голове. — Видишь, это то, чего большинство людей не понимает. Тонкости страдания. Я страдаю, когда убиваю. Убивать легко, как тушить окурок.

Джек вздрогнул, когда К.К. повертел каблуком, сильнее упирая его в кожу.

— Но продлить их… ах. Преобразовать их. Это искусство. Я создал искусство из этого вождя. Какая польза от кочевника, который не может кочевать? — закончив говорить, он засмеялся, нарушая тишину оглушительным смехом, и его люди присоединились к нему. Они стояли в полукруге над Джеком, смеясь, вспоминая, что они сделали с Олонаной.

— Пошел ты, — Джек плюнул в К.К. Лужа крови начала окрашивать землю возле него.

«Вставай, Джек. Беги!» — кричала каждая клеточка моего существа. Сейчас или никогда. Но я не знала, сможет ли он встать или сможет ли бежать. Всё, что я знала, это то, что с каждой секундой, которая убегала, мы двигались всё дальше и дальше от него.

— О, боже, — сказал К.К. — в таких выражениях нет необходимости. Ты не хочешь лизать мои ботинки? Всё в порядке, — он сбросил зловещую маску веселья, которую носил. Он выглядел как стервятник, которым и был, внутри и снаружи. — Я просто вырежу твой язык и отполирую им свои ботинки, пока ты будешь смотреть. Но сейчас мои товары уезжают, и это меня раздражает. Ты… — он огрызнулся на одного из своей команды, — останови поезд. А вы двое: заберите детей. Возьмите мачете. Займитесь этим в поезде. Убейте их, как коз, за которыми они прячутся. Девушку тоже.

— Если ты прикоснёшься к ним, я…

— Ты что? — К.К. опустил свой башмак на рану Джека и наблюдал, как он корчится в пыли. — Ты даже не можешь встать. — Он толкнул Джека вниз и вытащил его кошелёк. — Ты ни на что не годишься, Джек Уорден, — он прочитал имя на водительских правах Джека, прежде чем бросить их ему в лицо. — Ты знаешь, почему? Потому что ты мертв, ублюдок.

И он нажал на курок. Выстрел не последовал.

Секунду он просто стоял там, моргая, когда ничего не происходило — на его ботинках не было красных пятен.

— Твой член, — сказал он, указывая на Джека пистолетом, — не имеет яиц, — он рассмеялся. — Ты брехло, у тебя нет пуль. Но ты… ты подошёл к нам так, как будто мы должны тебе. Кех, кех, кех, кех.

Он всё ещё смеялся, когда Джек схватился за ствол и ударил его прикладом винтовки. К.К. пошатнулся, держась за нос. Джек закричал что-то, что я не услышала, его слова поглотило увеличивающееся между нами расстояние.

Он бросился вперед, чтобы снова ударить К.К., когда один из его людей начал душить Джека. Это был человек, которого К.К. отправил, чтобы остановить машиниста.

Чёрт. Он вернулся и пришёл на помощь К.К.

Краем глаза я что-то заметила, и это заставило меня снова выругаться. Я так беспокоилась о Джеке, что не заметила, как двое других мужчин, отправленных К.К., чтобы забрать детей, поднялись на движущийся поезд. Они висели на ступеньках, забираясь выше, и пробирались к нам.

Всё происходило слишком быстро, чтобы осознать. С одной стороны, Джек был избит К.К. в то время как его сообщник держал его. С другой стороны, к детям шла смерть, рубашки мужчин хлопали на ветру, мачете были в руках. Моё сердце трепыхало, как будто собиралось лопнуть. Я схватилась за края дверного проёма, мои суставы побледнели, когда я пыталась понять, что делать.

— Бахати, — я потрясла его. Он лежал, прислонившись к одной из клеток, и его тело сотрясалось от движения поезда. — Чёрт. — Он потерял сознание, и я понятия не имела, все ли с ним в порядке.

Я побежала к открытому люку и снова выглянула наружу. Мужчины цеплялись за борта поезда, продолжая двигаться, когда у их была надёжная опора. Джек скрывался из поля зрения, оставаясь все дальше от нас. Теперь в его ударах было что-то дикое и буйное. Он не просто сражался с двумя мужчинами, он сражался с монстрами, которые отняли у него Лили. Он изливал всю свою ярость, боль и тоску. Но он был ранен и крепко прижимал свою раненую руку, когда они накинулись на него со всех сторон.

«Независимо от того, что произойдёт, ты останешься в поезде. Ты доставишь этих детей в Ванзу».

Я подавила всхлип. Мне пришлось закрыть дверь и запереть её. Я должна была остановить этих людей, чтобы они не добрались до детей.