— Ну, не тревожьтесь, дружок мой! Я слежу за ним, как тень. Ему это в конце концов надоест, но тогда он, по крайней мере, скорей на что-нибудь решится… Тс-с! Вот он идет!
— Как вы добры и самоотверженны, капитан!
— Morbleu! Да ведь мне больше и делать нечего, — засмеялся он.
Обменявшись приветливыми словами с Грипнаром и его женой, Оливье сделал тихонько знак капитану, и они ушли.
Они пошли втеатр Марэ, потом до шести часов просидели в кабачке «Помм-де-Пен». Капитан знал, что графа никогда не надо расспрашивать, если хочешь что-нибудь узнать, и он притворился совершенно равнодушным к делу.
— Славно мы провели день, не правда ли, капитан? — обратился к нему Оливье.
— Да, мой друг, и теперь после обеда особенно хорошо посидеть в зелени. Я бы отсюда не уходил.
— О! Так вы забыли, значит, что нам предстоит еще дело сегодня вечером?
— Не беспокойтесь, граф, когда нужно будет, я пойду за вами, как бы это мне ни было тяжело.
И вы даже не спрашиваете, куда я вас поведу?
— Да мне, право, все равно куда, мой друг.
— Благодарю за такое доверие, мой друг, но считаю своим долгом сказать вам, что собираюсь делать.
— Как хотите, милый друг.
— Вы помните, сегодня утром граф де Леран говорил, что никому не известно, где герцог де Роган?
— Так что ж нам до этого?
— Как что ж до этого? Да ведь герцог…
— Э, Боже мой! Герцог волен делать что хочет, так же как И мы с вами.
— Конечно, милый капитан, но с условием не вредить другим.
— Каждый волен оградить себя от этого.
— Вот это-то я и хочу сделать.
— А?.. Что такое?
— Я вам все скажу, капитан, потому что я знаю то, что никто не знает. Господин де Роган, — сказал он глухим голосом, — со вчерашнего вечера в Париже…
— Да откуда вы знаете?
— Знаю!.. И он приехал ради моей жены! — прошептал сдавленным голосом Оливье.
— Клянусь душой, граф, вы совсем с ума сошли! Какой черт вам нашептывает подобную галиматью!
— Я уверен в том, что говорю, капитан! Через полчаса я покажу вам герцога, поверите вы мне тогда?
— Может быть, граф. Но помните, друг мой, что часто не надо верить даже собственным глазам, правда тогда бывает просто ложью.
— Вы меня наконец взбесите! — вскричал граф, вставая. — Идете вы со мной?
— Конечно, хотя бы для того, чтобы доказать вам, что вы ошибаетесь.
Они расплатились и вышли из ресторана.
Темнело, и начинал капать дождь. Приятели поспешно пошли к улице Серизе и встали в углублении двери особняка, прямо против дома графини.
Не прошло и пяти минут, как от Королевской площади показался мужчина внадвинутой на глаза шляпе и плотно закутанный вплащ. Подойдя к дому графини, он два раза постучался.
Дверь почти сейчас же отворилась, и явился мэтр Ресту с фонарем вруке.
— Кто вы и что вам угодно? — произнес он, поднимая фонарь.
Незнакомец слегка раскрыл плащ.
— Господин герцог де Роган! — воскликнул ошеломленный мажордом. — О, монсеньор!
— Тс-с! Не называйте меня, — быстро проговорил герцог и вошел.
Дверь сейчас же за ним заперлась
— Ну, убедились? — глухо спросил Оливье капитана.
— Нисколько. Тут, похоже, какая-нибудь тайна, которая объяснится.
— О, да вы наконец смеетесь надо мной, капитан!
— И не думаю, клянусь вам. Что же мы будем делать?
— Подождем, пока он выйдет, итогда, клянусь Богом, он со мной страшно сочтется!
— Хорошо, подождем! Это, пожалуй, будет лучше всего; может быть, мы увидим тогда, что здесь кроется, и вы убедитесь, что ошибались.
Граф сделал сердитый жест, но промолчал.
Они молча стояли, как призраки, тревожно ожидая, когда выйдет герцог де Роган. Граф мечтал о мести, а капитан ломал себе голову, придумывая, как бы избежать неминуемо готовившейся катастрофы.
Гастон де Леран только делал вид, что не знает, где герцог де Роган.
Герцог знал, какой опасности подвергается в Париже, и принял все меры, чтобы, ограждая себя, не подвергать неприятностям своих сторонников и не повредить интересам веры. Де Леран воспитывался у него в доме, был одним из самых близких к нему людей и не раз доказал, что на его скромность можно положиться. Де Роган, не задумываясь, взял его в поверенные. Он сказал ему, что скоро едет в Париж, указал, где остановиться, и велел быть готовым ехать вместе, а главное — хранить все в самой строгой тайне.
Вот почему молодой человек уверил графа дю Люка, что не знает, где герцог.
Расставшись с Оливье и капитаном, он отправился в трактир «Корн-де-Серф», где обыкновенно останавливались извозчики, и спросил господина Поливо, скототорговца, приехавшего накануне вечером.
Ему показали особую комнату наверху, и де Леран отправился туда, герцог ждал его. Он велел молодому человеку пойти к графине дю Люк сказать о его приезде, потом отправиться в Вильжюиф к порученному ему отряду и ждать его там. Де Лерана удивило только, что де Роган велел приготовить трех или четырех лошадей с дамскими седлами.
