Что будет, если вам не удастся выплатить долги по кредиту? Что тогда вы будете делать? Артём знает…
– … Мы будем звонить вам ещё, – произнёс мужской неспешный голос, так чтобы собеседник понял это не конец, ох далеко не конец. Это только начало.
Артём ничего не ответил, отложив сотовый телефон подальше от себя. За окном давно уж за полночь. Но ему теперь вряд ли удастся нормально заснуть. И как они вообще прознали про этот номер?
Он попытался закрыть глаза и вспомнить прошлое лето. Они всей семьёй на море. Месяц в самом дорогущем отеле, подарки какие только пожелаешь, красивые завидные фотки, но естественно самое приятное воспоминание остаётся о море, таком тёплом и солёном. Он повернулся к сладко спящей жене, обнял за талию, а потом снова вспомнил о них… Они ведь не отстанут от него. Он уже видел, как это случилось с его другом. Хоть последние полгода Артёму и удавалось сводить концы с концами, нужной суммы ему уже никогда не наскрести. Не смогут помочь ни родственники, ни друзья, хотя последних хоть отбавляй.
А что же полиция?
Как всегда, бездействует. Они приняли заявление. Но мы ведь все прекрасно знаем, там всё повязано и полиция наверняка в доле. Поэтому заявление Артёма скорее всего пылится в ящике стола.
Прошло ещё несколько недель. Звонки участились. Они названивают уже практически каждый час. Артём стал похож на голодающего больного старика, да и чувствовал себя аналогично. Поначалу они просто звонили и разговаривали вполне дружелюбно, правда указали сумму, троекратно превышающую долг по кредиту. Из восемьсот тысяч сумма превратилась в три с половиной миллиона. Всё шло нормально, пока его бизнес не рухнул. А теперь ему приходилось ишачить на двух работах, чтобы хоть как-то прокормить семью. Хотя Марина всё ещё ничего не знает. Нет, она, конечно, в курсе, что бизнес потерпел крах, и что денег стало в три раза меньше. Но она оптимистка по жизни и никогда не унывает. Нашла работу библиотекарем. Но этого всё равно недостаточно.
Теперь коллекторы не такие уж дружелюбные. У них взяло в привычку описывать по телефону ужасы, которые они планируют сделать с ним и его семьёй. Артём стал всё чаще замечать подозрительных личностей возле своего дома. Три дня назад, кто-то разбил в детской окно. Прошлым вечером, когда он возвращался домой со смены, двое неизвестных накинулись на него в подворотне, помяли бока и пообещали ждать новой встречи. Артём не сомневался, это их рук дело.
Пришло время положить этому конец…
У него была счастливая жизнь. Самая красивая жена в мире и самые лучшие дети на свете. Он любил их больше жизни. И он не мог позволить им страдать.
Марина, как обычно после готовки, любила вязать на спицах. Кажется, на этот раз она вязала рукавички на будущую зиму для Ларочки. Сегодня у неё был выходной. Артём тоже взял отгул.
– Дорогой, сходишь за картошкой? Я ещё суп хотела сварить к вечеру, – поинтересовалась она, поглядев на него через плечо. При этом, не отрываясь от вязания. Обычно она садилась в одно из кресел напротив окна. Как и в этот раз.
Артём кивнул. У него в кошельке оставался последний стольник. А до зарплаты ещё больше недели. И он постоянно хотел есть. Супы, которые Марина готовила, были слишком жидкими и практически без мяса. Раньше они собаку кормили сытнее, теперь же Скруджу достаются только очистки от картофеля, да редкий кусок залежавшегося хлеба. Пёс тоже стал напоминать ходячий скелет.
Артём почувствовал, как в кармане штанов вновь завибрировал мобильный. Звук он теперь никогда не включает. Пусть трезвонят. Теперь уже всё равно…
Артём сунул руку в другой карман, где лежал пистолет, старый советский, доставшейся ему от отца.
Артём знал, что пистолет исправен. Испробовал на пустыре за складом, истратив две пули на импровизированные мишени. Правда, шумный очень. Но и на это теперь уже всё равно.
Марина вновь поглядела на него через плечо, улыбнулась. Она ничего не знала о коллекторах, с которыми он так прочно «сдружился». Ничего не знала о трёх с половиной миллионах. Она всё ещё верила, что они должны банку восемьсот тысяч и Артём успешно гасит долг каждый месяц, поэтому они вынуждены голодать. Но она, как и положено верной жене, во всем поддерживала мужа.
