Тупик либерализма полностью

Тэтчер подвергла абстрагизм европейцев сокрушительной критике. Ее наибольшее недовольств вызвала Всеобщая декларация прав человека (1948 г.), которая, по мнению «железной леди», не соответствует неолиберальным принципам «свободы» и особенно те ее статьи, которые посвящены «социальной защищенности»: «право на работу… и защиту от безработицы», «право на отдых и свободное время», право на «образование», «право на социальный и международный порядок, обеспечивающий всеобъемлющую реализацию прав и свобод, предусмотренных в настоящей Декларации»^{1542}. Европейская модель, отмечает М. Тэтчер, является прямо-таки воплощением этой картины: она ставит (социальную) защищенность превыше всего и в своем стремлении уменьшить риск неизбежно подавляет предприимчивость^{1543}. М. Тэтчер назвала европейских последователей Декларации прав человека бригадой Новых Левых и призвала бороться с ними с той же энергией, с которой мы прежде боролись со Старыми Левыми^{1544}.

Эта борьба шла не без успеха, и неолиберальные идеи активно завоевывали все более прочные позиции в Европе. Тем не менее европейцы все же пытались ограничить экспорт заокеанского рыночного фундаментализма, однако здесь они неизбежно наталкивались на жесткое давление Вашингтона. Например, министерство финансов США выступило резко против попыток Европы упорядочить деятельность американских хедж-фондов…^{1545}. А администрация Обамы, по словам Стиглица, казалось, хотела всеми способами помешать попыткам Европы бороться с практикой выплаты необоснованных бонусов, а после финансового нападения на Грецию еще и за сокращение масштабов спекулятивной деятельности^{1546}.

Попытка создать альтернативу Соединенным Штатам в виде Единой Европы оказалась слишком поверхностной и малоэффективной. Кризис 2008 г. потряс экономику Европы до основания, и она так и не смогла оправиться от него. Преддефолтные долги Греции, Испании, Португалии и возникшие в последнее время долговые проблемы в Италии, грозят похоронить не только евро и Евросоюз, но и саму европейскую цивилизацию[220].

Кризис 2008 г. обнажил корни проблемы неолиберального фундаментализма — показал тупик развития, в который он завел человечество. Не случайно, по мнению Дж. Стиглица «15 сентября 2008 г. когда рухнул Lehman Brothers, может стать таким же символом краха рыночного фундаментализма, каким для краха коммунизма является падение Берлинской стены»^{1547}. «Вашингтонский консенсус», определявший мировое развитие на протяжении почти 20 лет зашел в «Вашингтонский тупик». «Наша страна потеряла право оставаться моральным и интеллектуальным мировым лидером…», — констатировал Стиглиц в 2009 г.^{1548}.

А между тем «кризис не закончился, — предупреждал Стиглиц, — До этого еще далеко. То, что происходит сейчас, похоже на замедленное крушение поезда… По обе стороны Атлантики оптимизм, царивший в начале этого десятилетия, к его концу вновь сменился мрачными ожиданиями…»^{1549}. Ресурсы развития, двигавшие развитием человечества последние 30 лет, благодаря Соединенным Штатам Америки подошли к концу, а проблемы, накопившиеся за этот период, наоборот, обострились до предела.

Одной из основных проблем, которая может служить в качестве своеобразного индикатора, стал рост неравенства. Согласно данным международных организаций, таких, как МОТ (2008 г.) и ОЭСР (2011 г.) с 1990 по 2005 гг. примерно две трети стран столкнулись с ростом неравенства доходов, кризис 2008 г. в еще большей мере усугубил эту проблему. По мнению авторов доклада МОТ, «чрезмерный рост неравенства доходов представляет опасность для общества и эффективной экономики»^{1550}.