15 февраля 1919 г. на заседании Комитета десяти Черчилль говорил: «Германия может приступить к производству вооружений, но она начнет выполнение своих глубинных замыслов только тогда, когда между нами и нашими нынешними союзниками начнутся ссоры, чего, к сожалению, нельзя исключить в будущем… Если мы не создадим прочного мира в ближайшем будущем, Россия и Германия сумеют найти общий язык.
У. Черчилль метался между двумя альтернативами, союз с большевистской Россией против Германии или с Германией против красной России. Ни та ни другая не обещали ничего хорошего и вели либо к доминированию Германии на континенте, либо большевизации Европы и Англии. В итоге, по мнению У. Черчилля: «Оптимальным вариантом было бы столкновение Германии и России, а главной задачей момента он считал поощрение немцев к вторжению в Россию. С примерным цинизмом он писал:
Прошло всего немногим более десятка лет после Версаля, а политическая карта Европы приобрела «неожиданный» для творцов демократического мира вид:
Австрия — диктатура австрофашизма Э. Дольфуса (7.03.1933),
Албания — де-факто под протекторатом фашистской Италии, президент А. Зогу наделен чрезвычайными полномочиями (27.10.1925),
Болгария — фашистский переворот Бориса (9.06.1923),
Венгрия — профашистская диктатура адмирала Хорти (1.03.1920),
Германия — фашистская диктатура Гитлера (30.01.1933),
Греция — фашистская диктатура И. Метаксаса (4.0.8.1936),
Испания — фашистская диктатура П. Ривера (1922–1930), фашистская диктатура Франко (с 27.02.1939),
Италия — фашистская диктатура Муссолини (28.10.1922),
Латвия — правый переворот Ульманиса (16.05.1934),
Литва — правый переворот и диктатура А. Сметаны (19.12.1926),
Польша — военный переворот Пилсудского (12.05.1926),
Португалия — военный переворот Кармоны (1910), затем Салазара,
Румыния — диктатура Кароля II (02.1938), диктатура Антонеску (4.09.1940),
Чехословакия — попытка правого переворота Гайды (1926),
Словакия — фашистский режим,
Эстония — правый переворот и диктатура К. Пяста (03.1934),
Югославия — военная диктатура Александра I (6.01.1929).
Слова Г. фон Дирксена о Германии 1930-х годов — «Милитаристы и националисты — вот кто отныне доминировал на политической сцене»{417}, можно было распространить почти на всю Европу[51]. Казалось только три великие державы — Англия, Франция и США оставались последним оплотом демократии. Однако в них происходили какие-то странные, неведомые раньше перемены…
Эта система, столь грубо и преступно попирающая права людей, будет неизбежно уничтожена. И надо сказать, что она не только расточительная и бездарная, но также и грабительская система. Каждый изможденный бедняк… каждый малолетний преступник… каждый человек, желудок которого сводят голодные спазмы, страдает потому, что богатства страны разграблены теми, кто ею управляет.
В. Белинский был потрясен первым своим посещением Европы в 1847 г.: «Только здесь я понял ужасное значение слов
