Почему всемирно известный хирург Теодор Тейлор оставляет профессию и прячется со своей очаровательной дочкой на ферме в буше — австралийских засушливых степях? Сабина предполагает, что это как-то связано с несчастным случаем, в результате которого погибла его жена. По той же причине его сердце закрыто для новой любви. Сабина, махнув рукой на карьеру пилота, вступает в борьбу за личное счастье.
— Кей, не хочешь освежиться? — Сияющая стюардесса протянула первому пилоту стакан прохладительного напитка на подносе.
— Спасибо, Джессика, то, что надо!
Сабина скрипнула зубами и перевела взгляд от приборной доски на голубое безоблачное небо. С каких это пор они на ты? При вылете из Франкфурта-на-Майне они еще были госпожой Мартенс и господином Кёнигом. И вдруг Кей и Джессика. Что-то она пропустила. Ее слух уловил легкий смешок, но она заставила себя не поворачивать голову, неподвижным взором созерцая небеса. Сингапур! Точно. Именно там на промежуточной посадке между ними что-то произошло. Не случайно она почти час нигде не могла отыскать Кея! А что он ей тогда наплел в оправдание? Ах да, что покупал в беспошлинных магазинчиках шелк для матери и долго не мог выбрать. Сабина устало покачала головой. И она поверила. Как всегда. И только теперь до нее что-то начало доходить.
Смешки чуть позади слева становились все назойливее. Кей издавал сдавленное похрюкивание. Это уже невыносимо!
— Может быть, и для меня принесете стакан воды? — спросила Сабина, не оборачиваясь. — Или здесь обслуживают только выборочно?
— О, конечно, извините! Одну минуточку! — Джессика исчезла за узкой дверью.
— Что так неласково? — все еще скаля зубы, кинул упрек Кей и отхлебнул глоток апельсинового сока.
— Зато ты слишком ласковый! — огрызнулась Сабина. — Не разыгрывай из себя невинность. Я что, не вижу, в какие игры ты играешь?
— Понятия не имею, о чем ты, — скривил рот командир лайнера. — Просто я забочусь о добрых отношениях в моем экипаже.
Сабина бросила на него взгляд искоса. «Красив же, черт! — пришла в голову несвоевременная мысль. — Особенно в летной форме». Янтарные с поволокой глаза под шапкой волнистых каштановых волос, чувственные губы и ямочка на подбородке. Неудивительно, что девочки слетаются к нему, как мотыльки на пламя! Но Кей ее парень! Они вместе уже два года. Только вот, похоже, она одна постоянно помнит об этом. Все коллеги из «Кинг эйр», не исключая и Кея, время от времени забывают сей факт! Иногда она сама задается вопросом, почему это он из всего сонма поклонниц выбрал ее. Ничего особенного в ней вроде бы нет. Куда ей до длинноногих блондинок вроде Джессики! Рост средний, ноги, Хоть и стройные, от шеи не растут. Гладкие, черные как смоль волосы не поддаются никакой краске. Цвет волос и темперамент она унаследовала от матери-итальянки, а светло-серые глаза и упорство в достижении цели — это наследие отца.
Сабина не любила вертеться перед зеркалом и потому не могла знать, в какую гармонию слились столь противоположные качества. Ее красота была неброской, но такой естественной, живой и свежей, что ей завидовали многие женщины, а мужчины тихо восхищались.
— Ах, о добрых отношениях? — горько усмехнулась Сабина. — Не честнее ли сказать просто «об отношениях», дорогой?
— Сабина, сокровище мое, ты ко мне несправедлива! — Он одарил ее очаровательной улыбкой.
— Прибереги свои обольстительные ухмылки для других! На меня они больше не действуют.
Кингсфорд-Смит-Тауэр, международный аэропорт Сиднея, запросил координаты рейса КА-115 Франкфурт — Сидней. Кей передал диспетчеру данные, перепроверил показания приборов и повернулся к Сабине:
— Через двадцать минут начинаем снижение. На этот раз в Сиднее мы на два дня. Как смотришь на то, чтобы совершить небольшую прогулочку? Прокатимся на катере вдоль побережья. Посмотришь на город с моря. Вид, скажу я тебе! В прошлый раз ты, кроме аэропорта, ничего и не видела. Потом посидим в Чайнатауне на Диксон-стрит. Ну? Что?
Вместо ответа Сабина задумчиво спросила:
— Кей, а почему ты вообще со мной?
— Это что, какой-то тест?
— Нет. Просто вопрос.
Внешне она была спокойна, но внутри все напряглось. Сердце забилось чаще. Если бы он сейчас сказал три слова! Всего три коротких слова! Тогда она простила бы ему всех Джессик на свете. Кею уже сорок один, он на восемь лет старше, и пора бы ему повзрослеть. А первый признак взросления — умение разбираться в собственных чувствах, в этом она была уверена. Если они, конечно, есть!
— Ну как? Я жду.
Кей сосредоточенно изучал панель управления, потом перевел взгляд на штурвал, потом на небо за бортом. Отвлечься было совершенно не на что. Аэробус «А-330» шел выверенным курсом при прекрасных погодных условиях.
— Ты умна, — наконец выдавил он слова, которые были ей как нож в сердце. — Это делает тебя чертовски привлекательной. В тысячу раз сексуальнее всех этих глупых длинноногих куриц. — Он выразительно мотнул головой в сторону двери…
…которая в это мгновение открылась, и блондинистая курица внесла минеральную воду для Сабины.
— Прошу вас, — с дежурной улыбкой сказала Джессика, но ее взгляд висел на Кее как приклеенный.
Пить не хотелось, однако Сабина взяла стакан и сделала глоток. Ее мысли крутились вокруг слов Кея. А какого ответа она ждала? «Люблю»? Да скорее суперсовременный лайнер превратится в допотопную этажерку, чем Кей заговорит о любви!
