Воспоминания командира кавалерийской бригады Якова Аркадьевича Мелькумова — это рассказ активного участника борьбы с басмачеством на территории нынешних социалистических республик Средней Азии.С 1920 по 1932 год автор воспоминаний провел в походах по горам и пустыням Восточной Бухары и Хорезма. Тепло и с любовью вспоминает Мелькумов своих товарищей по борьбе — героев-туркестанцев. Одни из них оставались неизвестными до наших дней, другие были незаслуженно забиты.Воспоминания Мелькумова строго документальны, и читатель с интересом прочтет страницы, на которых описано крушение Бухарского эмирата, падение Хивинского ханства, борьба с международным авантюристом Энвер-пашой и главарем басмаческих банд Восточной Бухары Ибрагим-беком.
Двенадцать лет провел я в походах по горам и пустыням Средней Азии, командуя кавалерийскими соединениями. Мне довелось принять участие в крупнейших операциях, развернувшихся против армий эмира Сеид-Алим-хана, Энвер-паши, банд Ибрагим-бека, Курширмата и Джунаид-хана.
Бойцы и командиры, делившие со мной все тяготы походов, не были «туркестанцами» по рождению. Многое в быту и жизни местного населения было для них непонятно. Но дух интернационализма, классовое самосознание, единство целей в борьбе помогли им выполнить свой долг перед трудящимися Туркестана.
Ленинская национальная политика нашей партии, проводниками которой мы были, помогла одурманенным и одураченным беками и ишанами массам дехкан сбросить феодальное иго и вступить вместе с другими народами бывшей царской России на путь социалистического строительства.
Части Красной Армии, действовавшие на Туркестанском фронте, сумели оказать решительную поддержку трудящимся Хивинского ханства и Бухары в их борьбе против феодально-ишанской верхушки, поддерживаемой английским империализмом.
Туркестанский фронт занимал особое место среди других фронтов гражданской войны. Горы, стремительные реки, необходимость действовать небольшими подразделениями — все это требовало от бойцов и командиров величайшего напряжения моральных и физиче-ских сил.
Командирам полков и даже эскадронов нередко приходилось решать на своих боевых участках не только военно-тактические, но и политические задачи. Туркестанский фронт явился прекрасной школой для командного состава. И не случайно многие командиры-туркестанцы выросли в крупных военачальников Советской Армии. Командир эскадрона Бальджуанского кавалерийского полка В. К. Баранов во время Великой Отечественной войны командовал 1-м гвардейским кавалерийским корпусом. Путь от начальника полковой школы Алайского кавалерийского полка до командира 7-го гвардейского кавалерийского корпуса прошел ныне Герой Советского Союза генерал-полковник М. П. Константинов. Бывший командир полка 3-й кавалерийской дивизии В. Т. Обухов — ныне генерал-полковник, заместитель командующего бронетанковыми войсками. Старшина технического эскадрона 1-й Туркестанской кавалерийской дивизии В. Г. Позняк в годы Великой Отечественной войны командовал корпусом. В настоящее время Герой Советского Союза генерал-лейтенант В. Г. Позняк возглавляет кафедру в Академии Генерального штаба Советской Армии. Начальник школы 2-го Туркменского кавалерийского полка Я. Кулиев пришел в Красную Армию малограмотным кочевником. За годы Советской власти он вырос до генерала Советской Армии и во время Отечественной войны командовал 21-й кавалерийской дивизией. Я. Кулиев геройски погиб в битве под Сталинградом.
Ряды участников великой битвы за Советскую власть редеют с каждым днем, и я посчитал своим долгом оставить живое свидетельство о том, как эта битва раз-вертывалась в Туркестане.
Приношу глубокую благодарность майору запаса Борису Исааковичу Балтеру, принявшему большое участие в создании этой книги.
боях под Воронежем я командовал сводной бригадой 8-й армии Южного фронта, был ранен и попал в госпиталь. А когда выздоровел, меня направили в Самару, в штаб Туркестанского фронта. Это было в декабре 1919 года.
Принял меня инспектор кавалерии штаба фронта Юрий Наумович Пальмгрем, в прошлом полковник старой армии. Как только стала создаваться красная конница, Пальмгрем добровольно перешел на сторону Советской власти и до конца своих дней неутомимо работал по формированию и обучению кавалерийских частей.
Пальмгрем заинтересовался моей прежней службой. И когда я сказал, что свой боевой путь красного командира начал в 4-й кавалерийской дивизии, он спросил:
— А полковника Киселева вы знаете?
Киселев был старшим офицером дивизии, в которой я служил. Мне было известно, что он перешел на сторону революции, но я не знал, где он находится. Оказалось, что Киселев служит в штабе фронта в качестве помощника инспектора кавалерии. Пальмгрем тут же пригласил его, и беседа продолжалась уже втроем.
4-я кавалерийская дивизия заслуживает того, чтобы сказать о ней несколько слов. Октябрьская революция застала дивизию на станции Верро, под Псковом, куда ее отвели на отдых с якобштатского плацдарма, где она в течение 18 месяцев удерживала оборону, ведя непрерывные бои с немцами. Личный состав дивизии, за исключением большинства офицеров, которые под разными предлогами покинули свои полки, перешел на сторону революции. Начальником дивизии солдаты избрали вахмистра Г. В. Жукова. Унтер-офицером дивизионной пулеметной команды был тогда С. К. Тимошенко, ныне Маршал Советского Союза.
