– Ты все слышал, – утвердительно сказал Родерик, обращаясь к Оливеру.
– Естественно, – сказал он, открывая глаза. – Да я бы в жизни такого не пропустил. Ты мог бы быть с ней немного помягче? Мы, конечно, не друзья и все такое. Но на ее месте я бы убежал.
– Если она хочет убежать, лучше пусть сделает это сейчас, а не потом, – ответил Родерик.
– И что же это получается, Рина теперь будет тренироваться вместе с нами? – задал Оливер вопрос, который интересовал его больше всего. Тренироваться, когда у тебя под боком маг энергии – ощущение не из приятных. Мало ли что ей в голову взбредет, вдруг захочет попитаться за его счет, а это его категорически не устраивало.
– Боишься? – спросил Родерик.
Оливер нахмурился. И как, спрашивается на это ответить? Он не мог сказать, что испытывает страх, скорее – опасение. Ему не хотелось делиться своей магией с кем-то еще. Это все равно, что часть своей души отдать, таким так просто не разбрасываются.
Родерик понял его без слов и сказал:
– Рина не будет брать твою магию, если ты этого не захочешь.
– Захочу? – удивился Оливер. – Да не в этом тысячелетии. Разве что ты меня заставишь.
– Заставлю? – переспросил Родерик. – Я не вправе это решать.
Оливер удивился и хмыкнул. А вот кто, интересно знать, дал Родерику право загонять его на тренировках до полусмерти? Решать какие приемы он будет использовать в игре? Забрать у него все свободное время? Заставлять учиться день и ночь? Оливер точно не давал ему таким полномочий. Родерик все сам за него решил. А тут такая тактичность. Прямо удивительно.
Оливер перевел взгляд на своего соседа и решил сделать то, что собирался уже давно.
– Знаешь что, Родерик, я хочу признаться, – издалека начал он. – Ты, конечно, самый скучный человек из тех, что мне доводилось встречать. Характер у тебя, прямо скажем, не сахар. И это еще, мягко говоря. Но если строго между нами… ты мужик.
– Ты пытаешься мне комплимент сделать? – спросил Родерик.
– Да нет, – ответил Оливер. – Это просто констатация факта.
– Тогда зачем говорить об очевидном?
– Вот слова тебе хорошего больше не скажу, и не проси, – насупился Оливер.
– Да и я не особо в этом нуждаюсь, – пожал плечами Родерик.
– Ок, – с вызовом ответил Оливер, помолчал немного и добавил. – Я вот только одного не понимаю, зачем ты на игре так геройствовал?
– Я не геройствовал, – сухо ответил Родерик. – Просто делал то, что считал нужным.
– Ну и как я сразу об этом не догадался, – скептически протянул Оливер. – А мнением других поинтересоваться – слабо?
– Я выбрал оптимальный вариант, – ответил Родерик. – Если бы я рассказал о плане, возникли бы ненужные помехи. Вот и все.
– Как у тебя все просто, – фыркнул Оливер.
– Да просто, – ответил Родерик. – Я признал то, что является для меня Ценным и защищал это.
– Стоп, – сказал Оливер. – Подожди. А вот с этого места можно поподробней. Ведь ты не только Фанни и Лею приковал к Воротам, но и меня тоже.
– Да. Ну и что?
– Это значит, что ты и меня признал? – удивился Оливер.
– Я тебя уже давно признал, – спокойно ответил Родерик.
– Правда что ли? – Оливер было тяжело поверить в услышанное. Он всегда чувствовал себя лишним в команде. – А намекнуть нельзя было? Или подмигнуть? Или сделать хоть что-то, чтобы я это понял?
– Считай, что ты понял это сейчас, – ответил Родерик.
– Крутяк, – обрадовался Оливер. – Это значит, что мы можем убрать линию, которая делит нашу комнату на две части?
– Мое имущество – неприкосновенно, – строго ответил Родерик.
– Это, значит – нет? – приуныл Оливер. Он уже представлял, как часть его вещей плавно перекочует на вторую часть комнаты.
– Именно, – Родерик разрушил его самые светлые надежды.
– Значит, это не дает мне никаких привилегий? – расстроено спросил Оливер.
– Похоже на то, – ответил Родерик.
– Может, ты хотя бы придираться ко мне меньше станешь, а!? – спросил Оливер.
– Я придираюсь к тебе не потому что считаю, что ты – слабый, а потому что думаю – ты можешь стать сильнее.
– Ладно, – нехотя согласился Оливер. Спорить с Родериком было решительно невозможно. – А я к тебе придираюсь из вредности. Но считаю, что ты отличный капитан. Слушай внимательно, второй раз повторять не буду.
– Если обмен любезностями закончен, может, приступим к учебе?
– К учебе? – удивился Оливер. – К какой такой учебе?
Родерик указал на стопку учебников, которая стояла возле кровати. Оливер с грустью посмотрел на них и сказал:
– Холодное у тебя сердце, Родерик, холодное. Обычно в таких случаях нужно с другом с трактир сходить, пива выпить, или сливовицы. А что услышал я? Грубое: «Иди учись».
– Ладно, давай сходим, – ответил Родерик.
– Что ты сказал? – удивился Оливер.
– Сходим, когда вылечимся, – сказал Родерик.
– Отлично, – обрадовался Оливер. – Ловлю тебя на слове. Но учти. Возвращать твое обещание я не намерен. Ты не отвертишься.
