– Нормальная, – сухо ответил Родерик.
– Мог бы что-то и повеселее надеть, – сказал Оливер.
– Не хочу, – ответил Родерик.
– Все с тобой ясно, – сказал Оливер, надевая ярко оранжевую рубашку и синий жилет с фиолетовой вышивкой. – Хорошо, что хоть костюм для приемов не напялил.
– У меня его нет, – ответил Родерик.
Оливер мысленно сделал пометку: если у Родерика появится костюм для приемов, надо его сразу же утилизировать. Его сосед и так занимает первое место в списке Самых угрюмых людей в мире, а если еще напялит на себя строгий черный костюм, безупречного покроя, с идеально белой рубашкой, где даже узел галстука – само совершенство, то будет выглядеть как холодная и мрачная статуя. Этого он допустить, конечно, не может.
Оливер ненавидел костюмы для приемов, они были очень неудобными, казалось, что на тебя смирительную рубашку напялили, а ты еще должен двигаться, изящным движением брать бокалы с напитками, и улыбаться, когда у тебя на шее галстук-удавка.
Оливер внимательно посмотрел на Родерика и представил, как он выглядел, если бы оделся по последней моде. Эта мысль вызвала у него взрыв хохота.
– Что такое? – спросил Родерик.
– Да так, ничего, – ответил Оливер, отсмеявшись. – Просто в голову пришла одна забавная мысль.
– На завтрак идем, а то опоздаем, – ответил Родерик в своей привычной манере.
Ели они в полном молчании. Каждый думал о своем и эти мысли не были радужными. Фанни очень долго ждала этого момента, и вот, когда до первой игры осталось всего ничего, ей казалось, что кто-то у нее в желудке танцует канкан. Кусок в горло не лез, ладони вспотели, вилка в руках дрожала. Это уже не говоря о том, что она не спала полночи. В ее мечтах все это выглядело как-то иначе. Она понимала, что переживать – это нормально. Но не так же сильно.
Неожиданно Фанни услышала взрыв. Выглянув в окно, она увидела облако клубящейся пыли. Все сразу выбежали во двор, чтобы разобраться в чем дело.
Когда слой пыли улегся, Фанни увидела ветроход. К кабине цилиндрической формы были приделаны крылья. Управляли ветроходами специально обученные маги ветра. Мало кто мог позволить себе такой транспорт. Но участники Турнира жили в разных местах, некоторым нужно было добираться по несколько недель, поэтому в качестве транспорта выбрали ветроходы. Это было быстро и эффективно.
Фанни присмотрелась к их транспортному средству и вздохнула. Эта модель была популярна лет так 50 назад и не рассыпалась на части только благодаря чуду.
Из ветрохода вылез чумазый мальчишка, в коричневой кожаной куртке, которую носили все пилоты. Широкая улыбка, щербинка между двумя передними зубами, загорелое лицо – лукавое и проказливое, копна спутанных, вьющихся волос. Ему можно было дать лет 14, не больше.
– Приветики, – сказал он, улыбаясь. – Транспорт прибыл. Я Корн, пилот, доставлю вас на первую игру Турнира. Эй, кто там играет?
Родерик сделал шаг вперед и все последовали его примеру. Улыбка на лице Корна померкла.
– Да, дела, – расстроено сказал он, и почесал голову. – А я-то думал, что вы выиграете, и я смогу полетать хотя бы еще один раз. А тут, гляжу, совсем беда. Меня точно снимут с этого маршрута.
– Эй, мелкий, – возмутилась Фанни. – Ты вообще школу закончил?
– Школу? – на чумазом лице проступили красные пятна. – Да я закончил Академию для пилотов ветроходов. Вот! – и подсунул им какую-то бумажку. – Никакой я не мелкий, просто роста низкого.
– Ты больше на школьника похож, чем на пилота, – сказала Фанни, пожимая плечами.
– Мне между прочим, 26! И ни годом меньше. Поняли!? – возмущенно сказал он.
– Это твой первый официальный полет? – спросил его Родерик.
Мальчишка покраснел.
– Ну да, первый, – нехотя признался Корн и поспешно добавил. – Но это еще ничего не значит. Я отличный маг ветра и хороший пилот.
– Лея, помнишь, в 8 лет ты тоже хотела стать пилотом? – спросила Фанни.
– Это было очень давно, – ответила Лея.
– Короче, мы летим или прохлаждаться здесь будем? – спросил Корн.
– А мы долетим? – поинтересовалась Фанни, изучая ветроход, который не был похож на надежное транспортное средство. Она, как маг земли, не любила находиться на большой высоте, но еще больше – падать с нее. Ее опасения были обоснованными.
– Обижаете, – сказал Корн, гордо выпятив грудь. – Я сам чинил этот ветроход. Пусть он и старенький, не спорю, но даст фору некоторым молодничкам.
– Сколько раз он падал? – спросил Родерик.
– Ну, – Корн замялся. – Несколько раз, конечно, случалось.
– Точные цифры, – строго сказал Родерик.
Корн смутился, и тихо сказал:
– Раз 30 или 40.
– Что? – ужаснулась Фанни.
– Но после последней починки, он работает отлично, зуб даю, – поспешил их уверить Корн. – Сюда я долетел без проблем. Конечно, пару раз пришлось снизиться, но до падения не дошло, точно.
Фанни в панике посмотрела на Родерика. Тот о чем-то размышлял.
– Хорошо, – в итоге сказал он. – Берите вещи и полетим.
– Ты это серьезно? – удивилась Фанни. – Ты что не слышал, что он сказал?
– Слышал, – спокойно ответил Родерик. – Иначе мы не доберемся.
