Из Мелисина приходили не менее тревожные вести. Наплыв нежити усилился. Мертвецы атаковали днем и ночью, не давая защитникам отдыха. Ресурсы эльхельсов постепенно истощались. «Ледяное дыхание» лишь на время обездвиживало противника. Но с исчезновением проклятья постепенно оттаивали ледяные пустоши. Даже солнце в этих местах будто бы светило жарче, растапливая лед и высвобождая из плена новых врагов. Нежить вытесняла из мест обитания хищников, которые нападали на города и поселения. Северный Вагор пал, Кешир заполонили ледяные монстры — не осталось ни одного поселения за пределами крепких стен. Созданная мной сеть убежищ и переходов помогла вывести уцелевших жителей, но погибших тоже было не счесть. И большая часть пополняла ряды противника после смерти.
Глирхи против хорбов оказались бессильны. Два дымчатых кота, участвовавших в турнире, погибли, угодив в ловушки прядильщиков паутины. Остальные тоже не раз подвергались нападениям, но их удавалось спасти. Пока мы не обезопасили восточную и северную границу, я переправила хищных кошек в окрестности Атарона. В войне против хорбов или ледяных арсабов наши четвероногие друзья ничем не могли помочь. Однако хорбы — не всесильные существа, а хищники, у которых имелись собственные слабости. В прямом столкновении мои знания о земных пауках не пригодились. Но в том, что касалось защиты жилищ, оказались полезны. Твари не переносили резкие запахи мяты и цитрусовых. Так что маги земли спешно взялись выращивать полезные растения и деревья, создавая на пути движения монстров заслоны из рощиц и зеленых лугов. Жаль, подобный способ не работал в ущелье, где обитали наши союзники-мирцины. Насекомые были также чувствительны к этим веществам, как и пауки.
Однако враг тоже искал способы преодолеть препятствия. Напирающая позади нежить не оставляла хищникам выбора. А уж когда личи додумались создать из мертвых хорбов новых помощников, дела стали еще хуже. Твари докатились до Амроэтриса, обступили плотной стеной поместье Квалмов, где держали оборону воины рода и союзные войска. В ущелье домашние тоже попрятались по убежищам, опасаясь высунуть нос наружу. Наш старый хранитель не справлялся с таким потоком тварей. Никакие меры поддержки и защиты не помогали. Неделя отчаянных метаний из одного города в другой, эвакуация выживших в убежища, скандалы, возникающие, когда толпы народа скапливалось в ограниченном пространстве, — все это давило неподъемной тяжестью и требовало решительных мер. Существовал только один способ спасти восточное королевство. После самопожертвования Илиндора я с ужасом ожидала, кто из Арусандов повторит его подвиг.
— Таурелия, я пришел попрощаться. — Появление Вериона накрыло меня ощущением грядущей невосполнимой потери.
— Почему ты?
А не король? — продолжение фразы повисло в воздухе.
— Потому что подданные ожидают этого, однако отец медлит. — Я внимательно посмотрела на принца, не решаясь озвучить вслух очевидный вывод. — Да, ты верно поняла, Тай. Он боится. Старается не показывать, но до ужаса боится такой смерти. Об этом никто не говорит вслух, но подозрения уже закрались в умы приближенных.
— И все же, почему? Помимо тебя в Езеаране полно сильных магов воздуха.
— Кажется, об этом же Исильмея спрашивала отца в тот день, когда он пожертвовал собой. Так вот, я чувствую, что должен так поступить.
— Нет, Вер! Пожалуйста, только не ты! — На глаза навернулись предательские слезы. — Я что-нибудь придумаю! Мы найдем выход, обещаю!
— Я уже решил, Таурелия! — твердо произнес наследник.
— А как же мы? Династический брак, помнишь? Мы поженимся сразу после окончания войны.
— И кем я буду рядом с тобой? — с затаенной грустью поинтересовался Верион.
— Как это — кем? — Я опешила. — Мужем и отцом наших детей.
— Нет, Тай. Я буду жалкой тенью на фоне той, кто победила Темного короля. Ты не подумай, я не гонюсь за славой, но ты сама не будешь видеть во мне сильного защитника, способного дать отпор врагам. И даже так, если смириться с этим фактом, между нами не будет главного, что соединяет мужчину и женщину, — любви.
— О чем ты говоришь? Я люблю тебя! Остальное не имеет значения. Мы справимся и непременно победим. Вместе! — Порывисто схватила Вера за руку.
— Только Иллар знает, как сильно я тебя люблю, — в ответ признался принц. — Так сильно, что готов отпустить, лишь бы ты была счастлива. Я не слепой, вижу, ты не испытываешь и половины тех чувств, что окрыляли нас раньше. Ты охладела и спокойно обходишься без моего присутствия, тогда как я дышать не могу, если не вижу тебя.
— Верион, ты же знаешь, сколько проблем навалилось. Я работаю над артефактами и порталами, участвую в сражениях, постоянно решаю проблемы. У меня не остается времени на личную жизнь. Ты и сам находишься в схожей ситуации. Но разве это повод нарушать договор? Я против того, чтобы ты стал Хранителем! Кто угодно, но только не ты! Если потребуется, я отдам такой приказ и выберу кандидата, — добавила глухим голосом. — На кону не только ведь судьба Езеарана, но и Иллеверы.
