- Мистер Малфой, прошу вас, не сорвите Турнир Трех Волшебников! Не ставьте под угрозу международные отношения! - Профессор МакГонагалл, ну вы же меня знаете, - невинно произнес Скорпиус, на всякий случай держа в кармане скрещенные пальцы. - Мистер Поттер, пожалуйста, проследите, чтоб мистер Малфой не сорвал Турнир Трех Волшебников! - Профессор МакГонагалл, ну вы же меня знаете, - пообещал Альбус, тоже на всякий случай скрестив пальцы под мантией.
========== 1. ==========
Не сказать, что Альбус Северус Поттер боялся директора МакГонагалл. Эта строгого вида профессор в остроконечной шляпе и бархатной мантии часто была к нему добра и ни разу не засуживала на экзаменах. Однако сказанное после урока трансфигурации «Поттер, останьтесь, пожалуйста, на минуточку» не могло не пугать, когда профессор МакГонагалл решила поговорить лично и без свидетелей. Вариантов, что произошло, у паникера-Альбуса в голове вспыхнуло как минимум двадцать.
У Скорпиуса, сидевшего на уроке рядом, вариант тоже был.
— Она тебя кадрит.
Сам Скорпиус, явно не желая оставлять друга на растерзание профессора, еще минуту мялся у парты, нарочито медленно собирая в сумку учебники. Наконец, когда собирать стало уже нечего, он сунул за ухо волшебную палочку и осторожно поднял со стола трехлитровый сосуд, в котором плескался ядовито-розовый карп с отметками цветочного узора от чашечки, которую и пытался на уроке трансфигурировать в рыбу.
— Мистер Поттер, — когда за Скорпиусом закрылась дверь, произнесла МакГонагалл, взмахнув палочкой. Оставшиеся на партах фарфоровые чашечки тут же полетели в сторону серванта. — Пожалуйста, не волнуйтесь, к вам у меня никаких претензий. Я довольна вашей активностью на уроках, очень довольна.
«Подкатывает, плутовка», — прозвучал в голове Ала голос друга.
— Но вынуждена обратиться к вам сейчас не как к ученику, а как к старосте школы. Турнир Трех Волшебников стартует в ноябре, а через две недели делегация Хогвартса отправляется в Шармбатон, уверена, вы помните.
— Конечно, — кивнул Альбус.
МакГонагалл несколько замялась.
— Я бы очень просила вас присматривать за одним учеником, бесспорно талантливым, но несколько…
— За Скорпиусом.
— Да, за мистером Малфоем, — с явным облегчением произнесла МакГонагалл.
Альбус едва сдержал улыбку. Впрочем, тень ее от профессора не укрылась.
— Мистер Малфой, как я уже сказала, хороший студент, — словно оправдываясь, заговорила профессор. — Но проблемы с дисциплиной и самоорганизацией присущи ему в гигантских масштабах. Вы лучше меня знаете, что он…
— Эксцентричен.
— Да, — снова с облегчением выдохнула МакГонагалл. — И я боюсь, как бы мистер Малфой не… как бы сказать тактичнее…
— Не разрушил бы одним фактом своего существования многолетние дружественные связи между школами магии, не поставил бы под угрозу международную магическую дипломатию и не развязал бы военный конфликт между тремя странами? — пришел на помощь Альбус.
МакГонагалл взглянула на него очень внимательно.
— Десять очков Гриффиндору, Поттер. За исключительное понимание своих обязанностей, как старосты школы.
***
— Скорпиус, ты меня вообще слушаешь?
Скорпиус, сидя у камина по-турецки, оторвался от тетради и учебника и взглянул на Ала снизу вверх.
Надо сказать, что за домашним заданием Малфоя застать было крайне необычно, ведь многие задания им выполнялись непосредственно за пятнадцать минут до урока. Но прорицания, горячо любимый Скорпиусом предмет, выполнялись всегда исправно.
Что нужно иметь в голове, чтоб на полном серьезе выбрать прорицания в качестве экзамена на Ж.А.Б.А. Альбус не знал. Но Скорпиус сидел на ковре, выкладывая перед ним потрепанные таро из колоды, сверялся с записями и прятал за загадочной маской свое искренне недоумевающее выражение лица.
— У тебя здесь Жрица, Император и Дьявол.
— И что это значит?
Скорпиус задумался.
— Так, что говоришь? — мигом сменил тему он, поняв, что на сегодня его Третий Глаз закрыт.
Альбус закатил глаза.
— МакГонагалл боится, что ты сорвешь Турнир.
— Я?
Это было сказано с таким священным возмущением, словно это не Скорпиус Малфой умудрялся постоянно влипать в организованные им же авантюры и втягивать в них от двух до ста двух человек.
— Слушай, бро, — уже мягче и без ноток старосты в голосе сказал Альбус. — Я пообещал МакГонагалл. Она переживает, а ей лет сто уже, ей каждое волнение три года жизни забирает. Пожалей бабку.
Иногда давить на жалость — лучший способ вести со Скорпиусом диалог.
— Да я и не планировал срывать Турнир.
— Ну вот и хорошо.
Подобная сговорчивость Альбуса не смутила. Малфой редко что-либо планировал, всецело отдаваясь импровизации. Четкого мотива зачем ему сознательно срывать Турнир Трех Волшебников Ал не видел. Впрочем, мотив Скорпиуса — как мозг Скорпиуса: заставляет окружающих сомневаться в его наличии, но на самом деле он все же есть.
***
Чем ближе ноябрь, тем больше возрастала всеобщая паника перед грядущим Турниром. Преподаватели переживали каждый как мог. Профессор Слизнорт, преподающий зельеварение, отдался воспоминаниям и весь последний урок рассказывал сонному классу о том, как его давний ученик состоял в комитете, который решал, какие задания выпадут чемпионам. Профессор Долгопупс неожиданно загрузил всех требованием выучить наизусть большой справочник магических растений, уверяя, что это пригодится чемпиону.
Профессор МакГонагалл устраивала тиранию касательно всего.
