— Твой кабинет, пап, похож на коробку дорогих конфет, знаешь, таких, где конфеты разной величины и из белого и коричневого шоколада, — улыбнулась я.
— Так что ты скажешь про участников «Турнира…»? — улыбнулся отец уголком рта, моей неуклюжей попытке не отвечать на прямо поставленный вопрос.
— Не знаю, я подумаю, — честно ответила я на этот раз.
— А Финист? — король, как всегда, видел суть вещей.
— Что Финист? — сделала я удивлённую гримаску.
— Я думал… — король махнул рукой.
— Оказывается, все думали, и только я не догадывалась, — пожала я плечами.
— Да? — король посмотрел на меня внимательно. — Рыжеволосых трое, — он поставил три звёздочки на чистом листе бумаги. — Но! Финист не может быть демиургом, как и юноша, похожий на него. Значит, демиург третий участник — Митиль? Он необычный, приглядись к нему.
— Конечно, пап, мне надо идти, а ты не забудь завтра надеть доспех, — чмокнула я отца повыше уха, в золотистый завиток волос и убежала к себе.
Митиль, Митиль, Митиль… Он симпатичный юноша. Мне он понравился, но и только… Моё сердце молчало.
Репетиции, обсуждение важных моментов карнавала с верховным магом украли мой вечер. Я еле добралась до постели и уснула без снов, грёз и надежд, прошептав под нос: «Завтра будет Снежный карнавал».
Луч солнца разбудил меня, будто погладив тёплой ладошкой по щеке. Я резво вскочила, то есть попыталась встать, но мои ноги не слушались, их прижимала к кровати немалая тяжесть.
Я что заболела?
Вот как вредно питаться мандаринами, черничными пирожками и чёрствыми булочками!
— Р-р-р! — Блэки недовольно поднял пушистую мордочку, это он спал на моих ногах, хотя вчера вечером я устроила его в кресле.
— Солнечного утра, ваше высочество! Сценарий «Снежного карнавала», — Офелия взмахом руки отправила мне лист бумаги и приказала, — Блэки, в кресло!
Белый шар послушно укатился с кровати и, не подумав зарычать. А я с улыбкой потянулась и ответила призраку:
— Солнечного, милая Офелия!
Дел предстояло много. Первым значился маг-парикмахер.
— Сегодня только капельку лаванды между грудей. Л — значит, любовь, — тихо прошептала Офелия, кивнув на синий семигранный флакон на зеркальном столике.
И, наконец, я вырвалась, позади все заботы и тревоги! Мои глаза сияли, локоны солнечно сверкали в лучах.
Каким же восхитительным казался мне сейчас чудесный миг — начало Снежного карнавала! Сегодня не как всегда! Не потому, а вопреки всему я была необыкновенно бесстыдно счастлива. Предчувствие счастья иногда прекраснее самого счастья.
Король вышел на высокий серебристо-синий помост, сделанный специально для него.
Папа был такой красивый! В белоснежном костюме, в белом плаще, подбитом соболем, в детстве я обожала дёргать чёрные хвостики, в серебряной тяжёлой короне с синими острыми кристаллами.
На моего отца-короля с восторгом смотрели женщины: и совершенно юные хорошенькие девушки, и дамы, окружённые малышами.
Король спокойно выдержал все искристые влюблённые взгляды из прорезей ярких масок и начал свою речь. Его звучный голос разносился над толпой, радостно приветствующей своего короля.
Я вспомнила, как однажды спросила папу:
— Ты ведь попытаешься полюбить ещё раз?
— Нет, Сашка, — он серьёзно посмотрел на меня, — сначала я был женат на твоей маме, по нежной взаимной любви, а теперь я женат на своей работе, потому что корона… Ну, ты помнишь, доченька?
— Принцесса Александра Дерзкая! — выкрикнул король, и я взошла по узорной лестнице к нему.
Толпа захлопала.
— Рада открыть Снежный карнавал, дорогие подданные! — звонко сказала я, и буркнула под нос «фляй».
Бабочки подняли меня в небо.
Люди смеялись и одобрительно кричали моё имя, а я зорко оглядывала горожан с привычной высоты птичьего полёта.
Подозрительных было немало: вон тот наряженный золотым ясенем высокий господин, под его сверкающим плащом мог уместиться арбалет. И дама в широком платье, под такими юбками легко спрятать целый арсенал. И… Их было много, но сновали среди горожан стражи и маги-дознаватели в чёрном, зелёном и золотом.
Я выдохнула и пробормотала: «баттерфляй».
Снежный карнавал начинался с моего торжественного прохода по площади Карнавалов с пажами, которые сейчас появятся из воздуха и понесут мой шлейф. Я мигнула верховному магу, и тот взмахнул руками, словно дирижируя невидимым оркестром.
Я медленно опустилась на ступени и сошла в толпу, моя юбка из белых бабочек удлинялась на глазах. В толпе заахали, это появился первый паж в алом шёлке — цвет Второго королевства, он подхватил удлиняющийся шлейф. Я поздравляла горожан с открытием Снежного карнавала, стражи в чёрном доспехе и чёрных остроносых масках осторожно оттесняли особенно рьяных в сторону.
Вот шлейф стал совершенно невесомым, это взялись за него двое мальчиков в чёрном бархате — цвете Третьего мира. Изумлением и весёлыми криками зрители встретили и остальных четверых мальчишек в цветах королевств Семимирья.
