Я уже собралась уходить, как вошёл мэтр Храбриани, он быстро рассказал, что у Лима не оказалось никакой семьи, что наниматели по-прежнему неизвестны и повернулся ко мне со словами:
— Ваше высочество, передайте наёмнику с лисьим именем, чтобы он перестал докладывать слишком подробно обо всём, что происходит в нашем королевстве, их темнейшествам. Иначе я буду обязан арестовать его как шпиона чужой державы, — мэтр поклонился мне и улыбнулся.
— Лесли? Я скажу ему, но он вряд ли послушает меня, — ответила я, — а как поживает дознаватель-чужак?
— Тогда этот Лесли здесь не задержится надолго. Дознаватель заинтересовался мастерами-менталами, выпрашивает хотя бы одного для работы в его мире, — охотно начал рассказывать Храбриани, — после «Турнира…» он мечтает попасть домой, но ведь он чуть не убил деми… то есть участника по имени Максим. Как-то следует наказать дознавателя-чужака.
— Мы подумаем над этим вопросом, — охотно отозвался король и спросил меня, — тебе платья делает один из парней? Наряды необычные. Странный этот парень — копия Финиста, тебе этот Алекс не кажется подозрительным?
— Это девушка, — улыбнулся мэтр Храбриани, отвечая вместо меня, — и Тиль тоже. Так уж вышло, что Ясень выбрал двух девиц для участия в «Турнире…» Знать бы, зачем?
— Нам не постичь замысел древа жизни, — улыбнулся король, делая вид, что спокойно относится к этой новости, а у самого покраснели щёки и заблестели глаза.
Но, возможно, он просто хлебнул напитка до того, как я вошла?
После ещё нескольких минут беседы, я, непринуждённо прихватив бутылку с жидкостью для коктейлей, наконец, побежала в башню женихов, мне был нужен Максим.
Что значит эта оговорка «деми» в речи короля, потом в словах Храбриани? Неужели, демиург?
Максим беседовал с Блэки, их голоса звучали громче, чем было принято во дворце. Только драки между ними не хватало! Вочонок, видно, забыл, что Максим спас его вчера.
Я ударила Блэки по лицу, грубо сильно, вложив в удар всю вчерашнюю боль и ярость. Блэки посмотрел мне в глаза и выскочил из комнаты.
— Ты опять?! — я подняла руку, чтобы хлестнуть по щеке Максима, но по его взгляду я поняла, он ударит в ответ.
Потому что я вела себя сейчас недопустимо.
— Я не мог поступить по-другому, — осторожно обнимая меня, сказал Максим, он понял, что я всё ещё думаю о вчерашней его выходке в Белом лесу, — не из-за Блэки. Из-за «Турнира тринадцати…». Ведь я собираюсь его выиграть! И думаю: я на верном пути к победе!
Мне хотелось сказать ему, что он на пути к тому, чтобы стать фаворитом будущей королевы, но его глаза сияли радостью, и я не стала портить его настроение.
Мы поцеловались, я заставила его дать слово ни с кем не драться, и ушла, столкнувшись в дверях с Финистом. Его грустная улыбка и холодный кивок огорчили меня. Надо будет поговорить с ним.
Ведь он мне так же дорог, как и раньше.
Мне предстояло взглянуть ещё раз на мастера Лима. Через два дня его отправят в тюрьму, по решению малого государственного совета в присутствии короля.
— Мы же не договаривались, что вы придёте, ваше высочество, — поднял голову от пачки бумаг мэтр Храбриани.
— Я не допрашивать, попрощаться, — тихо отвечала я, уж очень огорчил меня Финист.
Он выглядел совершенно чужим.
— Ничего личного, пушистое высочество, — улыбнулся мне Лим, — я — наёмник, и у меня было задание. И ничто не изменилось из-за моей привязанности к одной принцессе.
Его маска уютного чудака слетела, на лице появилась жестокая гримаса, а само лицо казалось отлитым из светлого металла.
Мне стало страшно, и я поспешила уйти
— Многого вы не знаете, пушистое высочество, и не дай вам Ясень узнать, — сказал мне глухо в спину Лим.
Я не ответила, хотя была согласна с нашим врагом-наёмником.
До Бала осталось совсем немного времени. Я укоротила снова отросшие волосы, сделала с помощью заклинания изящную высокую причёску и надела платье из фиалок.
Зеркало льстило мне как никогда. Осталось выбрать туфельки.
Я нашла шёлковые бальные, надела и закружилась. Хотелось танцевать. Александра не забыла сделать сумочку для бала из тех же фиалок, кутающих меня в нежный флёр своего аромата.
— Котёнка я забрала пока к себе, — за спиной возникла Офелия, — Дикт сказал, что у вас всё прояснилось?
— Да. Мы решили, что любим друг друга, что бы ни случилось, — ответила я, мысль о том, что Офелия должна точно знать всю историю принцессы, короля и Ясеня, видимо, знаком вопроса отразилась на моём лице.
— Саша, я ничего не знаю, кроме того, что для Дикта ты дороже всего в королевстве, — тихо сказала Офелия, протягивая мне крошечный серебристый флакон, — приворот, как ты просила, лёгкий, насколько это возможно.
Я поцеловала Офелию в щёку, обняла её, и мы выдвинулись в парадный алый зал.
ГЛАВА 16 Бал семи созвездий
