– Мне вот интересно, а своих сокомандников на Охоте убивать можно?
– Скорее всего. На инструктаже этого делать не запрещали, а всё, что не запрещено, здесь разрешено.
– То есть, на обратном пути стоит, помимо прочего, опасаться удара в спину.
– Разве что от Уна, он тёмная лошадка. Что до Хаши, она на такое не пойдёт. Характер не тот.
– Откуда такая уверенность?
– Поверь моему жизненному опыту. Всё-таки, я уже не одну сотню лет разменял.
– Вы закончили? – поинтересовалась Ди. – Мы, вроде бы, договаривались, что вы не влезаете без необходимости, или пока я не позволю.
– Мы тёмные маги, а не дрессированные собачки! И для спокойствия нашего общежития делаем куда больше, чем ты!
– Общежития в моей голове, куда вас никто не звал.
– Йора, мы ведь это всё уже проходили. Вы просто раздражены и устали, что и немудрено. Лучше утешьте себя мыслью, что на сей раз ваша задача предельно проста – не умереть первой. Дальше мы возьмём дело в свои руки.
– Мне уже страшно! – фыркнула девушка, вспомнив, как на Трофее дело в свои руки взял Мерк.
– Я же уже извинился! Тем более, здесь, надеюсь, воды не будет, а превращать голову твари в горстку пепла я не планирую. И раз уж сейчас мой черёд говорить… Брандеф, мне показалось, или ты намекал на то, чтобы сразу прирезать Уна?
– Показалось. Хоть я и злобный поддавшийся, но никогда не был сторонником ударов в спину. Просто озвучил реальное положение дел.
– Мне вот ещё, что интересно, – вмешалась Дилоя. – Если там лабиринт, как за происходящим будут наблюдать зрители?
– У меня есть на этот счёт одно предположение, йора. В науке давно известен способ выращивания различных кристаллов. Как обычных, так и магических. Вполне вероятно, стены лабиринта будут созданы из кристаллов, а сверху арену накроют особым куполом. Для тех, кто будет смотреть сквозь него, препятствия станут прозрачными или, что более вероятно, почти прозрачными, чтобы сторонний наблюдатель имел возможность прочувствовать всю прелесть момента. Представьте, две группы глухих претендентов насторожённо крадутся, выискивая глазами противника, тогда как на деле до него один локоть. Полагаю, зрячие намерены изрядно повеселиться за наш счёт.
– Ещё бы, – вздохнула Ди. – Я это ещё на испытательном полигоне поняла.
Вообще, чем дальше она продвигалась, тем больше начинала разделять жгучую неприязнь к люменам, которую, по какой-то причине, питала Хаши.
– Кстати о ней, я тут подумал…
– Не пугай.
– Вы согласились делать на арене всё, что она вам скажет.
– Ну, да.
– И много ли вы с пробками в ушах услышите?
Как оказалось, люра это предусмотрела. В тот же вечер она вновь собрала их в гостиной и чётко, по пунктам, разъяснила систему условных знаков. Как будет выглядеть «опасность», «за мной» и так далее. Потом заставила повторить. Дилоя справилась без труда, в детстве они с Брайаном часто играли в разведчиков, так что, можно сказать, кое-какой опыт у неё имелся. Ун помучился минут пять, после чего выдал сложную пантомиму, которую примерно можно было перевести, как «ты командуешь “в атаку” – я рублю». На этом дрессировка несговорчивого здоровяка завершилась.
