Амелия Стоун — рафинированная лос-анджелесская тусовщица, известная тем, что пересказывает безумные события своей сумасшедшей и порой смехотворной ночной жизни. Ее приглашают на эксклюзивные вечеринки, где бывает множество кинозвезд, она водит компанию — а иногда и не только — со знаменитостями и до рассвета не уходит с вечеринок, наслаждаясь сексом и наркотиками. Журналистка, работающая на известный журнал, в котором печатаются статьи про известных людей, изо всех сил сражается за свое место под солнцем. Но все больше и больше вовлекаясь в пагубную ночную жизнь и постоянно увеличивая дозу «алекса» (как она ласково именует кокаин), Амелия теряет контроль как над своей личной, так и над профессиональной жизнью…
ВСЕМ ЗАЯДЛЫМ ТУСОВЩИЦАМ И ТЕМ, КТО ЗАВЯЗЫВАЕТ С ТУСОВКАМИ
Помню один инцидент в ванной, который я отношу к классу скорее «вопиющих», чем «откровенно развратных», только потому, что мой восьмидесятидвухлетний отчим ворвался туда как раз в тот момент, когда я ублажала двоюродного брата невесты. И лишь благодаря его весьма преклонному возрасту (отчима, разумеется, а не двоюродного братца), ввиду которого у того уже начали проявляться признаки старческого слабоумия, «папочку» быстро удалось убедить, что ему все это померещилось. А к концу нашей беседы я даже смогла заставить его поверить, что и кузена-то никакого не было. И нисколько не сомневаюсь, что если бы продолжила в том же духе, то он бы решил, что и свадьбы тоже нет. Просто дело в том, что, доказывая что-либо отчиму, я фактически пытаюсь убедить саму себя. Поэтому вывод такой: этот случай вопиющий, но не откровенно развратный.
Только не надо спрашивать, как так получилось. Ведь всего пару минут назад я находилась за столом рядом с этим самым кузеном, а сейчас он уже сидит на мамином биде, а я стою перед ним на коленях и понятно, что делаю. Не скрою, он показался мне привлекательным — не классным, а просто привлекательным, ну, из тех, с кем я могла бы отправиться на какую-нибудь вечеринку, если б он предложил. По крайней мере, мне так кажется, Мне хотелось бы думать, что я случайно оказалась рядом с ванной комнатой как раз в тот момент, когда он выходил из нее, и наша обоюдная страсть вспыхнула внезапно. Особенно если предположить, что после бутылочки-другой хорошего шампанского Амелия Стоун превращается в Пэрис Хилтон (только минус миллионы и плюс десять лишних килограммов). Но ближе к концу ночи, а точнее к утру, весь этот инцидент с кузеном казался невинной шалостью, что я в этой ванной вполне сошла бы за невинную девушку в свадебном платье.
А потом я почему-то очутилась в сауне вместе с шаферами. Вообще-то это была мамина идея, чтобы вся «молодежь», присутствовавшая на свадьбе, попарилась в сауне, а потом поплавала в бассейне, но почему-то вышло так, что там оказались только я и двое парней. Думаю, что к тому моменту я приняла уже достаточно. Если бы я напилась так в Лос-Анджелесе, кто-нибудь непременно принес бы коки[2], и я смогла бы немного рассеять алкогольные пары, но в мамином доме на вечеринках наркотики почему-то не водились, во всяком случае SSRI[3] точно. И, поскольку кроме этих двоих парней больше желающих заполучить мое внимание не нашлось, я решила себя не сдерживать и оторваться на полную катушку.
— У меня в мае защита, — говорит Митч (один из шаферов), давая мне отпить свой теплый «Амстел лайт»[4]. — Ну и фигня же эта медицинская школа.
— Будешь теперь бороться за выживание, — вмешивается Крис, предположительно лучший друг Митча и по совместительству второй шафер, одновременно пытаясь втиснуть свое туловище в крошечное пространство между нашими телами. — Вкалывать по десять часов в день за копейки.
— Ну конечно, лучше «бороться за выживание» на MTV за такую же нищенскую зарплату, — парирует Митч, глядя на меня.
Клянусь, мне никогда не надоест мужское внимание. Но я предпочитаю конкретные действия, а не пустую болтовню на тему, кто первый со мной переспит. Неужели они и вправду думают, что моей благосклонности добьется тот, кто вставит последнее слово? А ко всему прочему еще и не догадываются, что статус ассистента и студента, пусть даже медицинского университета, это не то, чем можно сразить наповал даму, и что им следовало бы порыться в своем личном арсенале в поисках более действенного оружия?
Я поднимаюсь, и они замолкают.
— Кто первый прыгнет в воду, тому достается выпивка, — говорю я, но, прежде чем я успеваю закончить фразу, они уже со всей дури бросаются к бассейну, на ходу отпихивая друг друга. Я стою у входа в сауну, в дверь влетает холодный воздух, а у моих ног валяются их влажные полотенца. Если бы я была чуть наивнее, то, клянусь, решила бы, что эти двое хотят друг друга.
— Что ж, будем спать, — сообщаю я своим «кавалерам», пытаясь как можно удобнее устроиться между ними на двуспальной кровати. — Спокойной ночи!
